Онлайн книга «Добыча лорда Эндрю Грегори»
|
Та, в колпаке, смотрела на меня с неодобрением и брезгливо морщила нос. На самом деле у неё была не забинтованная голова, а просто светлый тонкий платок, повязанный очень туго. А колпачок, с кончика которого сзади свисал полупрозрачный лоскут ткани, оказался не таким уж и высоким. — Уведи её, Барбара, и пусть смоет кровь… — приказала та, что в колпаке, повернулась к нам спиной и зашла… Она зашла в распахнутые двойные двери музейного зала или в зал с декорациями для фильма о средневековье. Всякие там тяжеленные дубовые стулья у огромного стола, факелы, расписанные щиты на стенах и прочий антураж среди брутальных серых каменных стен. Это смотрелось так неожиданно и нелепо, что я невольно хмыкнула и подняла руку, чтобы стереть бегущую по щеке каплю тёплой жидкости. — Кровь… У меня идёт кровь… — Вестимо, что идёт, миледи Сандра! Эвон, как вы башкой-то треснулись! — толстуха, которая до сих пор удерживала меня двумя руками, торопливо отцепила одну из них от моего плеча и перекрестилась. А я тупо смотрела на худощавую девичью руку и тонкие пальцы, испачканные кровью… * * * Второй раз я пришла в себя в небольшой комнате, где сквозь мутную плёнку на окне едва пробивался дневной свет. Я лежала на деревянном топчане, укрытая сильно попахивающим шерстяным пледом, а толстуха полоскала в глубокой глиняной миске розовую от крови тряпку и бурчала: — Нет бы лекаря прислать, или хоть бы самой посмотреть… Нет, всё на Барбару свалят, а потом виноватых ищут! Почему-то я боялась показать, что пришла в себя, поэтому тихо прикрыла глаза и, только дождавшись, пока, поелозив мне по лицу влажной тряпкой, женщина ещё немного повздыхает и уйдёт, попыталась сесть и осмотреться. Каменная серая клетка примерно три на четыре. Топчан, на котором я сижу, поставлен вплотную к холодной стене. От окна ощутимо сквозит, и плёнка на нём не похожа ни на что. Да и само окно, тонущее в толще каменных стен, выглядит непривычно: очень узкое и внутри комнаты снабжено вместо штор посеревшими от старости деревянными глухими ставнями. Окно слева от меня, а справа — дверь, через которую ушла женщина. Прямо напротив топчана — камин. Пустой, без огня, но прикрытый довольно симпатичной кованой решёткой. Эта решётка прикреплена как дверца и, наверное, мешает уголькам вываливаться на пол. А пол покрыт грязной сухой травой, утоптанной до состояния войлока. Это что? Может быть, сено? Ну, для тепла... Всё это было непонятно, но отвлекало меня от самого главного: от моего тела. Я уже помнила, что видела на своих пальцах кровь, вот только пальцы были не моими… От этой безумной мысли голова снова закружилась, и я легла, чтобы не упасть. Руку рассматривала уже лёжа. Чужая… Молодая кожа и тонкие пальчики… На косточке — ссадина. И ссадина не свежая, а такая, как будто заживает уже дня три. Пахнет в комнате очень странно: горячим воском, овчиной и почему-то дрожжевым тестом. «Я сошла с ума…» — глаза закрылись сами собой, и, хотя я старалась понять, где оказалась, мысли совершенно не слушались… Глава 3 Я жила в этом вымороченном чужом мире уже седьмой день и сегодня в первый раз решила подняться с постели. Похоже, настоящая Сандра Соллейн, юная вдова, вернувшаяся в отчий дом после смерти мужа, умерла от того самого падения с лестницы. А на её месте неведомым образом оказалась я, и именно мне пришлось отлёживаться после полученного ею сотрясения. Небольшая рана на виске затянулась достаточно быстро, и даже если останется шрам — это не важно. Важнее то, что Сандра в семье не просто нелюбимый ребёнок, а презираемая неудачница. Свет в окошке у милорда и миледи Блаунт — Патрик Блаунт, старший брат Сандры. |