Книга Хорошие соседи, страница 36 – Оксана Евгеньева

Водитель задумался и почесал свою голову.

— В девяностых тут развал полный был, тут вы правы. Город военный. Когда пошли все эти сокращения, кризисы и полное обесценивание денег – было тяжело. В буквальном смысле есть нечего. Что наловишь – то и поешь, тем и семью накормишь, – таксист хохотнул. – Разборки тоже присутствовали. Банда боксеров до двухтысячного года орудовала. Творили всякое. И без воровства не обошлось. Металл пилили, топливо сливали. За цистерну бензина можно было много дел порешать. Удивительное времечко! В двухтысячных главу нашего убили. Ну и так, бытовуха всякая, конечно, случалась.

— Не знаете, где можно покопаться в архивах? С кем поговорить, чтобы найти материал? Может вы подскажете, а мы про вас обязательно упомянем в статье. А может, и целый репортаж сделаем.

Таксист пожал плечами и не ответил.

— А что на счет маньяков? – вступила в разговор я.

— Были у нас истории. Один мужик девок насиловал, весь город в страхе держал. Но его быстро поймали и успокоили.

— Может еще что-то? Интересное, загадочное?

Таксист задумался.

— Да всякое бывало, как везде. Город маленький, как только какая вошь заведется, так сразу мы на дыбы. Быстренько находим управу. А вообще, очень спокойно тут, даже не знаю, что вам рассказать. Это надо к участковому идти или в полицию, архивы поднимать. Но захотят ли они с вами сотрудничать? Можно старожилов поискать. Но город у нас северный, здесь мало кто старость встречает. Для многих это место, скорее, перевалочный пункт. Люди при первой возможности рвут когти. Поэтому кругом такой срач. Будет классно, если про нас фильм снимут. Вот только знаете, хочется какое-то хорошее, доброе кино. А не чернуху про маньяков.

Таксист замолчал и потер нос.

— Места здесь красивые. Север чувствует людей. Но мало кто умеет по-настоящему прочувствовать Север. Доставайте пропуска и паспорта, мы уже подъезжаем к КПП.

* * *

Таксист подвез нас к подъезду длинного дома, по своей конструкции напоминающего огромную чугунную батарею с выемками. Зрелище, конечно, удручающее: серый облупленный дом, в подъезде ударный запах мочи. Мы поднялись на второй этаж. Денис открыл дверь ключом, который вытащил из сейф-ячейки, висящей на двери. Нас встретила старая, уставшая квартира, насквозь пропахшая сухими бумажными обоями. Из современных средств техники – только тот самый сейф-ячейка для ключей на входе. В остальном складывалось ощущение, что мы попали в прошлое.

— У моей бабушки были такие обои, – сказал Денис.

— Поприличнее ничего забронировать не получилось? – спросила я.

— А ты сама попробуй тут снять квартиру. Это я тебе скажу, нам еще повезло. Могли, конечно, остановиться в гостинице. Там примерно такая же обстановка, только без кухни.

Я обошла квартиру и признала, что хоть она и не блещет красотой и евроремонтом, но вполне себе чистая. А это уже неплохо. Я выбрала дальнюю комнату, в которой кровать была напротив входной двери. Мне требовалось время, чтобы освоиться и обследовать новое жилище. Я чувствовала, что понемногу расслабляюсь. Осознание того, что я смогу здесь передохнуть, но главное, держать под контролем вход и выход, – давало мне преимущество.

— Как ты? – спросил Денис.

— Терпимо, – ответила я.

— Тут совсем нет еды, надо искать магазин. Вместе пойдем или ты сможешь побыть одна?