Книга Одна за всех и все за одну, страница 49 – Оксана Евгеньева

— Ты с Розой общалась? Она тоже пропала.

— Влад говорил, что она к нему вчера приходила.

— Как ты думаешь, зачем?

Машка усмехнулась:

— Не знаю. Может, у нее были свои планы? Ей Влад всегда нравился.

Я ошалело посмотрела на свою подругу.

— Давай-ка ты не будешь так плохо про нее думать, – сказала я.

Маша замолчала, а я вдруг подумала, что Роза могла иметь какие угодно планы. И вряд ли ее бы волновало мое мнение.

— Маш, что происходит? Объясни мне, пожалуйста. Что случилось?

— Все хорошо.

— Тебя Роза обидела? Или Влад?

— Пойдем чай попьем, – она встала и прошла на кухню. – Влад меня не обижает.

— У вас все серьезно? – спросила я.

— У меня – да. Я влюбилась как дура, а он – не знаю, – сказала Маша, налила в чайник воды, поставила его, уселась на стул и, наконец, заплакала.

Мы сидели на кухне и пили чай. Машины слезы уже почти высохли, а вот мне по-настоящему хотелось рыдать. Подруга влюбилась в типа, который вряд ли сможет хоть когда-нибудь соответствовать ее ожиданиям.

— Он тебя не обижает?

— Да ты что, он хороший, очень хороший.

— Тогда почему ты плачешь? Вы живете вместе, у вас все путем.

— Я не знаю, как долго это продлится. Ты же знаешь, у меня никого никогда не было. А это просто наваждение какое-то.

— Родители твои в курсе?

— Папа приходил. О господи, ты не представляешь, что тут было! – Маша закрыла глаза ладонями. – Мне так стыдно. Отец орал, называл меня последними словами, пытался вытащить меня из дома. А Влад его просто выставил, вышвырнул. Что теперь будет? Как мне теперь им в глаза смотреть?

Нет, я знала, что родители Маши повернутые на всю голову. Они ее постоянно контролировали, начиная со школы. Но как бы девочке уже двадцать пять лет, что за бред?

— Зачем твой папа приходил? Ты же можешь уже сама выбирать, где и с кем тебе жить. При чем тут папа?

Маша шмыгала носом, мой вопрос повис в тишине. Ужасные догадки подбирались к моему сознанию, и мне становилось невыносимо. Яд разливался по телу.

— Маш, твой отец обижал тебя? Ты поэтому на него набросилась в детстве?

Подруга затихла, а потом посмотрела на меня своими большими глазами:

— Ты знаешь, да?

— Я недавно узнала. Маш, он тебя обижал?

— Он меня обижал. Ты даже не представляешь себе, как он меня обижал, – сказала подруга, и по моему телу пробежала волна. Ненависти.

Я многое знала про физическое насилие, правда. После поцелуя с маминым хахалем, я знала и об отвращении все. Кроме поцелуев было и то, о чем не хотелось вспоминать вовсе. Но оказалось, есть вещи не менее ужасные. Например, насилие моральное.

Машин отец был долбанутым. Нет, правда. Он был настоящим психом. Он не насиловал мою подругу в прямом смысле слова, но он измывался над ее детской душой с безмолвного материнского согласия.

— Папа преследовал благородную цель, он хотел сделать из меня человека.

Так сказала моя подруга, а потом рассказала о чудодейственных методиках. Например, если Маша совершала хоть маленькую провинность, наказание следовало незамедлительно. Что такое «маленькая провинность»? Ну, например, захотелось поспать подольше, и Машка встала не с первой просьбы, а через несколько минут. Следующую ночь она провела в углу на коленях, читая вслух молитву. Стояла, сколько было сил, а потом там и заснула, в углу, привалившись к стенке. Я даже представить себе не могла, что восьмилетки могут спать вот так. Уже наутро она отправлялась в школу. А потом весь день проводила в учении и молитве. Благодать.