Книга Когда случается невозможное. Том 2, страница 106 – Ульяна Муратова

— Знаешь, я подумала, что наша первая брачная ночь должна быть под открытым небом в зимнем лесу, — с улыбкой сказала она. — Так символичнее.

— Мне очень нравится этот сюрприз, — я сел на одеяло и потянулся к жене.

Вся эта великолепная искрящаяся звёздами ночь принадлежала только нам двоим.

Лимар

ПЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ

Я обнял жену и погладил округлившийся животик. Она улыбнулась сквозь сон и смешно дрыгнула ногой, отбрасывая одеяло. Зимы на Небесном Острове были хоть и не холодные, но ветреные и влажные, поэтому она предпочитала спать под толстенным одеялом. Южанка всё-таки.

— Ты что хочешь на завтрак? — потянулся я.

— Тебя! — весело ответила она и приоткрыла светло-карие, медовые глаза.

— Меня мало. Тебе надо есть за двоих!

— Тогда тебя и чего-нибудь кислого. Только солёного. И чтобы немножко, самую малость сладкого, — попросила она.

— Меня в сахарной пудре? — предложил я.

— Можно и так, — покладисто согласилась она и потянулась.

Я окинул взглядом свою женщину и улыбнулся. Она была идеальной: высокой, широкобёдрой, грудастой и статной. Такую оглоблей не сломаешь и ветром не сдуешь. Даже магическим.

Выйдя на кухню, я почесал затылок. На поднос накидал всякого — нехай сама выбирает. Окна у нас выходили на Океан. Ката припасла для меня особенное местечко, когда они строились, и теперь мы могли каждый день дивиться на бескрайнее, прекрасное море. Или на соседей, коли была охота подглядеть за Натаром и Лилей.

Танарил оказался прав. Когда я встретил жену, то всё с ней было иначе. За неё я бы убил. И отдал бы жизнь.

Близкими друзьями мы с сидхом не стали, но отношения у нас сложились хорошие. Гневаться на сидха я не мог, к моменту возвращения в Ковен я уже уразумел разницу между влюблённостью и любовью. И даже перестал осуждать Танарила. Блёклый просто шёл к своей цели, как умел, и сейчас, пять лет спустя, я знал, что всё устроилось к лучшему.

Танарил

ДВАДЦАТЬ ПЯТЬ ЛЕТ СПУСТЯ

Она ворвалась прямо на совещание Малого Круга. Если бы не огромная, сияющая улыбка, я бы испугался.

— Танарил! — она кинулась мне в объятия и разрыдалась, а я недоумённо перевёл взгляд на Наташу и кивком попросил всех удалиться.

Когда за ними закрылась дверь, я коснулся пальцами подбородка и приподнял заплаканное улыбающееся лицо.

— Что случилось, мельда?

— У нас получилось, Танарил! — радостно прошептала она. — Лиля уже подтвердила!

Боясь поверить в своё счастье, я забрался рукой под кофту и положил ладонь на обнажённый живот. Надо же, столько лет лечений, трав, ритуалов и заклинаний спустя… маленький комочек жизни внутри.

Я молча прижал к себе жену и не смог удержать ликующей улыбки. Для Каты жизнь в Ковене стала настоящим испытанием. Когда мы отстроили город, я направил гонцов во все страны, чтобы сообщить: в Ковене умеют сохранять магию женщинам во время беременности. Сначала к нам ехали с опаской, а потом дело встало на поток. За свои услуги я брал очень большие деньги, а также обкладывал пары жесточайшими клятвами о неразглашении.

Постепенно это стало нашей маркой. Я натаскал нескольких лекарей и организовал потрясающей красоты лечебницу на соседнем острове, подальше от глаз жены. Но Ковен всё равно превратился в оплот беременных или жаждущих зачать магичек. Некоторые оставались на годы, всё-таки климат для малышей у нас был благодатный. Ката очень хотела и любила детей. Сначала Лилиных сыновей, потом двойняшек Лимара. Она грезила малышами, но шли годы, а результата не было.