Книга Ваше Величество, повернитесь! Попаданка-уролог для Дракона, страница 31 – Натали Бескрылая

— Это закрытый рецепт.

Слишком быстро.

До сих пор он отвечал как человек, привыкший сперва выбрать нужный свиток, — а здесь ответ ждал заранее.

— На кожу пациента, которому день ото дня хуже, поверх реактивной чешуи, после стольких лет ухудшения — и закрытый рецепт?

— Тайна Гильдии защищает жизнь императора.

— В данном случае тайна Гильдии защищает Гильдию.

Кезран выпрямился, и впервые в его лице появилось настоящее — холодный расчёт пополам с тем, что честнее было бы назвать яростью.

Я шагнула к центру зала.

— Я не утверждаю, что вы травили Его Величество: для этого мне нужны лаборатория, реактивы и право вскрыть ваш архив. Я утверждаю другое: за эти годы вы не оставили нормальной истории болезни, не следили за почками, не сверяли приступы с назначениями, продолжали вливания, когда на руках пациента не осталось живого места, и скрывали состав того, что наносили на его тело.

Кезран застыл. Зато зал за его спиной дрогнул.

— Если на это у вас нет ответа, Магистр, речь уже не о традиции. Вы годами смотрели, как пациент угасает, и каждый раз называли это родом.

Тишина стала плотной, как перед решением консилиума, когда оперировать надо, но никто не хочет расписаться первым.

Иртан сидел неподвижно, сцепив пальцы и сузив золотые глаза, и смотрел на Кезрана так, будто взвешивал: казнить ли его здесь или дать мне дорезать вопросами.

— Вы опасно уверены в себе для человека, не понимающего природы драконьего рода, — голос Кезрана стал суше.

— Я достаточно понимаю природу почечной недостаточности.

— Вы вмешиваетесь в кровь, которую не знаете.

— А вы годами вмешивались так, что довели пациента до системного отравления под видом наследственного проклятия.

Он открыл рот, но Иртан негромко произнёс:

— Довольно.

Магистр замолчал мгновенно — и зал вспомнил, кто здесь пациент, а кто император.

— Завтра к полудню все таблицы, которые затребовала госпожа Анна, должны быть у неё на столе, — сказал Иртан. — История лечения, дозы, даты, состав вливаний, график приступов, перечень допущенных к лекарствам и состав бальзама.

Госпожа Анна. По имени — при полном дворе.

Зал услышал это раньше меня: по рядам прошёл короткий шелест, а в правом крыле качнулось знакомое винное платье. Титулы здесь раздавал протокол — имена император не раздавал никому.

— Но, Сир, Реестр Гильдии…

— К полудню, Кезран. Или Совет будет рассматривать вашу пригодность к должности.

Магистр склонил голову — слишком медленно для согласия.

— Гелвин, — повернулся Иртан к боковой стене.

Капитан выступил из тени так, будто всё это время был частью архитектуры.

— Архив Гильдии при дворце опечатать. Сейчас. До полудня туда не входит никто, включая Магистра. Документы госпоже Свидетелю — лично через тебя.

— Будет исполнено, Ваше Величество.

Гелвин вышел, не дожидаясь повтора.

В зале не дышали свободно: даже не понимавшие медицинских слов прекрасно понимали печати и приказ императора при свидетелях. Канцелярская магия оказалась понятнее анатомии.

Кезран снова поклонился и, выпрямляясь, сказал тихо — но так, чтобы у трона услышали все:

— Разумеется, Ваше Величество. Но если госпожа Свидетель ошибётся, ответственность за вмешательство в кровь дракона будет лежать не на Гильдии.

Юридический крючок, заготовленный заранее: в моём приёмном такие фразы заносили в историю болезни перед разбором, чтобы остался удобный виноватый с подписью под назначением.