Книга Янтарь и Лазурит, страница 168 – Чайный Лис

— Выродки… Тигусы! – в ужасе выпалил он, его лицо исказила гримаса ярости. – Убить, убить всех!

Трое монахов на входе – те самые, которые встретили и привели сюда Чуньли с генералом, и одно новое лицо – держали их проводника: то ли помогали устоять на ногах, то ли не позволяли кинуться на помощь.

— Ничего лучше придумать не могла, кроме как бросаться в лапы врага?

Генерал Ю скрестил руки на груди и насмешливо-недовольно посмотрел в сторону нуны.

Глава ордена уставился на них в еще большем ужасе, стоя на возвышении. За его спиной находился большой стул со множеством мягких подушек, напоминавший королевский трон.

— Ю Сынвон, чтоб тебя, сам-то что делать собрался?! По-твоему, мы должны были просто смотреть, как тебя убивают?!

Нуна вышла из себя и недовольно рычала.

— Уже ничего не поделаешь. – Генерал Ю улыбнулся, но добродушное выражение мигом сменилось на серьезное. – Слушай меня внимательно: Шуэджэнь не завладел телом человека, а создал собственную оболочку…

— Убить! Убить! – «Глава» ордена вопил как обезумевший.

Монахи встревоженно переглядывались.

— Что вы такое говорите, глава?

Один из них мрачно посмотрел на остальных и отчетливо произнес:

— Уведите отсюда Чуньли и не возвращайтесь.

— Лицзянь-шифу!

Монахи непонимающе переглянулись, но после слов старшего и тем более приказа главы не могли с ними спорить.

— Немедленно покиньте помещение, иначе из-за вас пострадает глава Сюэжэнь, – сурово произнес тот, кого назвали Лицзянем-шифу. Издалека Сюаньму заметил, как несколько длинных тонких шрамов рассекали его лицо.

Когда он вновь опустил взгляд, темно-рыжая шерсть под его лапами приняла белоснежный оттенок. Нуна скалилась, но не рычала, а внимательно всматривалась в Лицзяня.

— Меч светится, – выдала она свой вердикт уже без жезла.

Чуньли и остальные вышли и закрыли за собой дверь, но сразу после них та вновь распахнулась, и внутрь вбежали вооруженные монахи. В руках они держали не привычные талисманы, которые адепты ордена чаще всего использовали в бою, а разные виды оружия: мечи, кинжалы и даже стрелы без лука.

Нуна попятилась.

— Они все аккымы…

Только Сюаньму успел обернуться и заметить, как из тени вышли еще монахи и обнажили мечи. Нуна шла спиной на них, поэтому он закричал:

— Берегись!

Не желавший прежде противостоять братьям по вере, он спрыгнул к ней и увеличился в размере, закрыл ее своей грубой чешуей. Мечи слегка задели драконье тело, но не причинили никакого вреда – даже поцарапать не смогли.

Сюаньму скользнул по нуне беглым взглядом, убеждаясь, что она не пострадала, и заметил нечто неожиданное.

Темный наряд генерала, сопровождаемый звоном металла от оружия, ударившегося об пол, упал, а из него выпрыгнул крупный черный лис. Он крикнул нуне:

— Где гохэй?

На миг Сюаньму заметил выглянувший из одежды мышиный хвост, но стоило моргнуть, как тот исчез.

Нуна осматривалась по сторонам и молчала.

— Где гохэй, принцесса? – повторил черный лис голосом генерала Ю.

Сюаньму стоял в замешательстве. Принцесса и генерал Сонгусыля, два лиса, оказались угрозой для Цзяожи, а монахи – его друзья – стали врагами. Раньше он считал своим долгом охотиться на нечисть, а теперь выяснилось, что в орден вторглись опасные существа Хунсюя. Знала ли нуна о происхождении генерала? Может, и все ее слуги были оттуда же? Сюаньму не позволит ни аккымам, ни воспитавшим его монахам навредить нуне, но также не желает поднимать против бывшей семьи оружие.