Книга Янтарь и Лазурит, страница 164 – Чайный Лис

Служанка нуны крикнула им вслед:

— Вернитесь живыми!

И пламя поглотило их полностью. Оно не обжигало и не согревало – наоборот, Сюаньму ощущал лишь холод, нуна тоже дрожала на руках генерала.

Огонь исчез так же быстро, как и появился. Грохот. Монах Чуньли пошатнулся и упал на деревянный пол, от рукава не осталось ничего, его рука обгорела и покраснела вокруг четок, талисман рассыпался пеплом.

Сюаньму еле сдержал порыв слезть с шеи нуны и броситься на помощь брату по вере, но и она не смогла сидеть в стороне, а сама спрыгнула с рук генерала и обеспокоенно позвала:

— Монах Чуньли? Монах Чуньли?

Он закашлялся, попытался привстать и быстро зашептал:

— Слушайте меня внимательно, я не могу предать свой орден, но и к вам не желаю поворачиваться спиной после того, как мне открыли глаза на мир. – Он виновато обвел всех взглядом, а нуна дернула ушами и насторожилась. Возможно, услышала шаги, которые еще не донеслись до драконьего слуха. – Сейчас сюда придут другие монахи. Дева Кон, вам в таком теле легче скрываться, спрячьтесь где-нибудь.

Монах Чуньли подтолкнул ногой дверцу деревянного шкафа, до которого смог дотянуться, и нуна с Сюаньму на шее послушно юркнула туда и притаилась.

— Генерал Ю, в случае чего прошу простить за все, этот монах и сам не знает, что произойдет дальше.

Звук торопливых шагов теперь донесся и до Сюаньму, люди в коридоре спешили сюда.

— Ю Сынвон, гохэй, – шепнула нервничающая нуна, ее тело напряглось еще сильнее.

Сквозь щель от дверцы шкафа Сюаньму увидел, как генерал кивнул, а затем кинул жезл в их сторону. Нуна высунула морду и подняла его зубами, после чего вновь спряталась.

Вскоре бумажную дверь отодвинули, и в комнату вошли двое молодых монахов в просторных одеждах синего цвета с широкими рукавами. Их распущенные волосы свисали на лицо, и юноши убирали их за уши. В Цзяожи, по крайней мере у монахов, не было принято закалывать их, как это делали мужчины в Сонгусыле.

Оба вежливо сложили руки перед собой и кивнули:

— Чуньли-шисюн.

Чуньли с трудом поднялся с пола и ответил на приветствие:

— Шиди^[100].

— Что случилось, Чуньли-шисюн? – поинтересовался один из них, что внешне казался постарше. – Шифу сообщили, что сработал талисман перемещения.

Он с подозрением поглядывал на сидевшего на полу генерала Ю, но тактично молчал. Второй же не выдержал, поджал губы и все-таки спросил:

— И кто это с тобой?

Тело нуны напряглось, она прижалась к полу, уткнув вытянутую морду в передние лапы, в то время как монах Чуньли сохранял спокойствие. Когда генерал поднялся и отряхнулся, он почтительно опустил голову и представил его:

— Генерал Ю спас мне жизнь.

Чуньли говорил невозмутимо и убедительно. Сюаньму не знал, импровизировал тот или же в храме возле Анджу что-то произошло на самом деле.

— Спас жизнь? – дрожащим голосом переспросил более наглый монах. – Что произошло, Чуньли-шисюн? Ты в порядке?

— На меня напали в проклятом храме.

Сквозь щель в дверце шкафа Сюаньму вместе с нуной наблюдали, как монахи обеспокоенно переглянулись. Генерал Ю молчал, а Чуньли отвел взгляд от своих братьев и опустил голову.

— Сколько бы их ни разрушали, нечисть продолжает лезть из всех щелей и нападать, – произнес старший из монахов. – Нам предстоит уничтожить все гнезда, чтобы она перестала плодиться.