Книга Осколки вечности в Академии Судьбы, страница 91 – Елена Княжина

— Я тоже не в восторге от этого гнилого места, — сумрачно ответил Эмиль и стряхнул черную челку с носа.

— Но позволил… позволил им меня… сюда…

Мой голос все-таки дрогнул, гордо задранный подбородок предательски затрясся.

Я знала, что должна быть сильной, должна испытывать к Эмилю отвращение. Лучше бы вообще демонстративно замолчать и отвернуться к стене… Но как же страшно! Как страшно сидеть в крошечной каменной келье одной. Без соседей, без надежды на освобождение, без единственного нормального окошка!

— А на что ты рассчитывала, когда ложилась в постель к вампиру, обескровившему нашего отца? — скованно уточнил брат. — На радушную встречу? Ты освободила спятившего монстра, сбежала со свадьбы, возлегла с упырем… И ждешь, что я с пониманием отнесусь к твоим «чувствам»?!

— К встрече я не стремилась. Чувства оставлю при себе. Мать ясно дала понять, что не пустит дочь на порог, — пробубнила я, все-таки отворачиваясь к стене. — Ты не звенишь ключами и не выламываешь шурховы корни… Меня отсюда не выпустят, да?

— Это не в моей власти.

— Серьезно? — выдохнула удивленно, разглядывая трещину с видом на рыжий закат. — Разве теперь не ты тут всем заправляешь? «Сыны» еще не доросли до «братьев»?

— Не твоего кукольного ума дело, Ника, — отрезал Эмиль. — Оракул увидел в тебе полукровку. Это может означать только одно, и… это мерзко.

— Это просто ребенок. Твой племянник… или племянница.

— Клыкастая тварь, — «поправил» брат. — После того, что ты натворила, ты мне больше не сестра.

— Ты не прав… Не прав, Эмиль. Ты думаешь, что похож на него, но это ложь, — уныло бормотала я, выводя пальцем круги на соленом камне. — Ты другой совсем. Ты очарован идеями, хочешь выслужиться перед покойным отцом, почувствовать силу… Но ты бы никогда не купил девушку из приюта, не стал бы набивать ее жуками. Твое сердце не такое черное, как у него.

— Что ты в этом понимаешь?

— Посмотри вокруг, — предложила я, оборачиваясь. — Вон там стонет Софи. Ты с ней учился, да? Я слышала, вы стояли в паре на спаррингах…

— С девчонкой!

Брат морщился, с неприязнью оглядывая мою келью.

— Она тебя щадила. Жалела твою слабую каплю, — напомнила брату. — Она, эта «опасная полукровка», была на твоей стороне. А господин Макферсон, он ведь уже тогда работал главным стражем? Помогал, спасал? Это их дитя… По твоей вине оно родится в пахучем подвале, на жестких корнях.

— Она еще не рожает, — со знанием дела усомнился братец.

— Эмиль! — рявкнула я и, вскочив, пнула носком матрас. — Ты посмотри, посмотри… Какая тут грязь, какой запах. Роды Софи могут быть сложными, сама Анна Николаевна за нее волновалась. Нужен целитель. Нормальный, а не эти шаманы-гипнотизеры! Нужна вода, еда сытная, лучше бы мясо, подушки чистые, белье свежее…

— Может, еще оркестр дриад вам сюда заказать? — он едко сплюнул на камни.

— Ты не можешь нас выпустить. Ладно, — заведенно шептала я. — Но ты можешь хотя бы не стать таким же чудовищем, как все они. Я не облезлый шурх, чтобы меня топтал чей-то ботинок! Я последняя леди из рода Честер!

— Ника… Наивная ядовитая девчонка… Ну что у тебя в голове? — удивлялся Эмиль, тряся отросшей челкой. — Ты совсем ни тролля не понимаешь расклады, да?!

— Ни тролля, брат, ни тролля, — покивала я, смахивая слезы. — Им нужны дети полукровок? Судьба-богиня, ну зачем им несмышленые малыши… Живые, надеюсь? Так вызови к Софи целителя, шурхи тебя сожри! И принеси мою сумку, там снадобья, травки… Они облегчат… Иначе она просто не сможет, понимаешь? Не сможет!