Книга Отвергнутая жена дракона. Хранительница последнего гнезда, страница 51 – Ангелина Сантос

Перед открытием пришлось решить ещё две задачи. Первая обнаружилась в большом бассейне: при полном потоке температура поднималась до сорока трёх градусов. Вторая — в раздевальне, где через щель в стене было видно половину соседней комнаты.

— Можно брать отдельную плату за вид, — предложил Кель.

Мара отправила его за досками.

Я рассчитала положение смесительной заслонки и велела просверлить в ручке три отверстия для стопора. На нижней отметке вода подходила детям, на средней — взрослым людям, верхняя предназначалась драконам без сердечных нарушений. Ключ от верхней оставался у банщика.

Рейнар наблюдал с порога.

— Раньше драконы сами выбирали жар.

— Раньше у Роэна были деньги платить лекарю после их выбора.

— Я могу проверить верхний режим.

— Нет.

— Я дракон.

— С нарушением сердечного огня и свежим ожогом. Ваша строка на табличке — десять минут в среднем бассейне после разрешения Нессы.

— Я уже жалею, что помог открыть купальню.

— Поздно. Договор подписан.

Он помог плотникам закрыть щель, сидя на табурете и подавая доски одной рукой. Когда попытался поднять длинную балку, три работника одновременно велели ему положить её. Рейнар подчинился с выражением человека, который внезапно оказался в окружении старших офицеров.

За день до открытия к воротам приехал младший служитель из городской часовни. Он принёс предупреждение: храм не подтверждает безопасность воды и считает рекламу купальни вводящей в заблуждение.

— Вот заключение лицензированного химика, — сказала я.

— Храмовая санитарная палата его не заверяла.

— По закону достаточно городской лицензии и разрешения магистрата.

— Посетители должны знать о близости опасной кладки.

— Она находится в отдельном склоне, вода идёт по независимому каналу. Это тоже записано в заключении.

Служитель понизил голос:

— Госпожа Эстен, люди боятся. Если вы отложите открытие до Конвокации, храм не станет возражать против ваших частных опытов.

— Корвин приехал с печью, не дождавшись опытов. Передайте ему, что купальня откроется завтра.

— Тогда ответственность будет на вас.

— Она уже на мне.

Я попросила Келя записать время визита и содержание предупреждения. Служитель ушёл, не взяв копию анализа.

К вечеру по деревне распространили листки о заражённой воде. Мара принесла один с рынка. Внизу не было печати, зато слово «заражение» повторялось четыре раза.

— Снять? — спросила она.

— Нет. Повесьте рядом заключение Нессы и таблицу анализа. Пусть читают оба.

— Половина не умеет читать.

— Тогда завтра Несса проведёт открытое объяснение во дворе.

Она провела. Показывала две прозрачные колбы, добавляла реактив и объясняла разницу между железным осадком и серой смесью. На третьем повторе устала и стала говорить короче: «Эту воду можно пить, но невкусно. В этой можно купаться. Если сидеть час — будете дурнем, не отравленным».

Люди поверили ей больше, чем моим таблицам.

— Двадцать минут для здорового человека, десять для дракона с нарушением сердечного огня, — сказала она.

— Для Рейнара?

— Для любого дракона. Он не единственный упрямый пациент в империи.

Купальню мы открыли в полдень.

Первыми пришли кузнец и владелец закрытой шахты — получать обещанные бесплатные посещения. За ними появились три женщины из деревни, двое пограничников после смены и торговец кожей, проезжавший по северной дороге. Платили по половине кроны за бассейн и одну за полотенце с ужином.