Книга Поклянись, что это правда, страница 212 – Меган Брэнди

— Ари, поверь, я все понимаю.

Обнимаю ее в ответ и тоже вздыхаю.

— Хочешь поспать немного? – предлагаю я.

Пейтон замирает.

— Я… я бы хотела принять долгий душ…

Беру бутылочку, подхожу к колыбели и быстро поворачиваюсь, пока юная мамочка не ушла.

— Пейтон.

Она останавливается.

— Спасибо.

Пейтон улыбается, кивает и уходит в душ.

Поглаживаю край голубого одеяльца, Дитон поворачивает головку и смотрит на меня.

— Привет, малыш, – шепчу я, и он, словно в ответ, дрыгает ножкой.

Осторожно беру его на руки, сажусь вместе с ним в кресло-качалку и чувствую, как слезы наворачиваются на глаза. Нет, не от грусти. Наверное, это слезы радости. Я счастлива, что баюкаю чудесного малыша.

Дитон хватается за бутылочку, как будто хочет сам ее держать, и я тихо смеюсь.

— Проявляет самостоятельность.

Оглядываюсь и вижу брата.

— Привет, привет. – Я с любопытством прищуриваюсь. – Не знала, что ты уже встал.

Мейсон садится рядом со мной, Дитон, заметив его, улыбается, не отрываясь от бутылочки.

— Привет, дружище! – говорит ему брат. – Я иногда захожу к Пейтон по утрам. Паркер часто на работе, да и у Кенры полно дел.

Я недоверчиво прищуриваюсь, но он ничего объяснять не собирается.

Мейс переводит взгляд с ребенка на меня, и выражение его лица смягчается.

— Я все гадал, когда же ты наконец решишься прийти.

— Да, – шепчу я и поглаживаю пальцем мягкие волосики Дитона. – Я тоже не знала, когда решусь.

Младенец дарит удивительное умиротворение. Когда держишь его на руках, время как будто замедляется, а легкие наполняются воздухом до предела. Ты словно и задерживаешь дыхание, и глубоко дышишь одновременно. Ни с чем не сравнимое тепло окутало меня с ног до головы.

— Ты как? – шепчет брат.

— Я будто обрела себя, – искренне отвечаю я, поглаживая нежную щечку малыша. – Жаль, что я не приходила к нему раньше.

Смотрю на брата, он слегка хмурится, глядя на крохотного мальчика у меня на руках.

— Если бы ты привязалась к нему, тебе было бы еще труднее уехать завтра.

— Вот как, – говорю я. – А ты… Тебе будет тяжело уезжать?

Мейсон молча вздыхает, и меня охватывает беспокойство.

— Мейс… – Я качаю головой. – Она не готова.

— Знаю, – кивает он и смотрит на Дитона.

Проходит несколько минут, и только после того, как я укладываю в кроватку заснувшего малыша, Мейсон спрашивает:

— Что ты решила, Ари? По поводу Ноа и Чейза?

Я поворачиваюсь к нему:

— Ничего.

— А что подсказывает тебе сердце?

Мне стыдно, но я шепчу:

— Кое-что, чего я так долго хотела, возможно, я наконец смогу заполучить.

— То есть Чейза?

Я опускаю голову.

— Сестренка, могу понять, как тебе сложно, после того как ты узнала кое-что про вас с Ноа.

— Я просто… не хочу никому причинять боль.

Мейсон вздыхает и ласково смотрит на меня.

— Знаю, что не хочешь, но что бы ты ни решила, все равно кто-то пострадает. Это неизбежно.

— Да…

Родители учили нас всегда следовать зову сердца, потому что оно никогда не ошибается, но, похоже, в работе моего сердца произошел сбой.

Если следовать зову сердца, тело и разум тоже должны подчиниться ему.

Но я в абсолютном тумане, я не вижу перед собой дороги.

* * *

Весь день мы с Кэм распаковываем вещи. Мама, приехавшая с нами, колдует на маленькой кухне. Она приготовила стейки с картофельным пюре – целую гору, потому что мальчики придут к нам поужинать.