Книга Ничего мне не обещай, страница 62 – Меган Брэнди

Я пристально смотрю ей в глаза, и ее губы дрожат в слабой улыбке.

— Он знал.

Она медленно кивает и расслабляется, как будто моих слов достаточно, чтобы успокоить ее, хотя бы ненадолго.

— Спасибо, Мейс. Ты хороший друг.

Что, если я хочу быть больше чем другом?

Мейсон

Сейчас, август

Скрестив руки на груди и впившись пальцами в бицепсы, я свирепо смотрю на маленького засранца на поле.

Изначально я был согласен с планом тренера использовать вторую линию, чтобы начать игру. Выпустите их на поле, обхитрите команду соперника, дайте им подумать, что у них есть шанс в первой четверти, а затем поменяйтесь местами. Покажите им, на что мы способны на самом деле, и разрушьте их маленькие мечты о том, чтобы уйти отсюда с победой.

Теперь я жалею, что не сопротивлялся, потому что, конечно, этот придурок выходит на поле на мою позицию и делает все, что ему захочется, и к черту весь план на игру.

План предусматривал игру на подбор, и его подающие действовали идеально, они летели вперед по полю, один преграждал путь защитнику, оставляя другого полностью открытым, но что сделал этот подонок?

Он подобрался и побежал, делая все, что мог, чтобы продемонстрировать свои блестящие способности. Он наносил удары один за другим, не только забирая первый нокдаун, но и выиграл дополнительные шесть ярдов.

Зрители аплодировали, он был в восторге, и тренер набросился на него с ругательствами. Алистер посмотрел в нашу сторону, кивнул, пробормотал какую-то отговорку, которую, как он явно знал, мы не могли расслышать, принял следующий вызов и вернулся в игру.

Следующая игра, то же самое, но на этот раз, вместо того чтобы ударить внешнего полузащитника, который прорвался вперед во время блица и летел прямо на него, он подпрыгнул в воздух, пролетев через его голову. Он выиграл еще три ярда.

Все просто сошли с ума, и вместо того, чтобы отвлечься от толпы и сосредоточиться на текущей задаче, первокурсник, стремящийся к славе, повернулся к ним лицом, вскинул руки и попросил продолжения аплодисментов.

Он дурак, и подобный поступок положит конец его карьере, которая еще не началась толком.

Прыгни он слишком низко, слишком поздно или слишком высоко, он рисковал перевернуться в воздухе и приземлиться неправильно. Сломал бы запястье или повредил руку во время небольшой погони в толпе, и игра была бы окончена.

Мы с тренером Роганом одновременно смотрим друг на друга и качаем головами. Часы тикают, и наконец время приходит. Я надеваю шлем и готовлюсь занять свою позицию. Потому что это моя позиция.

Все одиннадцать наших ребят на поле совершают пробежку трусцой, а команда первого состава готовится к первой игре сезона.

Алистер, проходя мимо, задевает меня плечом, и наши взгляды встречаются.

— Давай посмотрим, нравишься ли ты им хотя бы наполовину так же сильно, как я, – выплевывает улыбающийся ублюдок.

— Не волнуйся, второй номер. – Я ухмыляюсь, застегивая ремешок на подбородке. – Они будут видеть тебя слишком редко, чтобы полюбить.

Лицо Алистера вытягивается, и я поворачиваюсь, смеясь про себя, присоединяясь к своей команде на поле, и в ту секунду, когда мои ноги ступают на газон, все мысли о нем улетучиваются.

Вот оно.

Я смотрю на лица своих товарищей по команде, каждый из нас кивает, все они ждут моих указаний, горят желанием последовать моему примеру, проявить себя там, где мне нужно, и воплотить задуманное в жизнь. Воздух искрится, и зовите меня Электро, потому что я чертовски заряжен.