Книга Между любовью и ненавистью, страница 103 – Шейн Роуз

Не дождавшись ответа, я обернулась. На его лице сияла широкая улыбка. И улыбался он мне, очевидно наслаждаясь нашей перепалкой.

Не успела я и слова сказать, как он достал телефон, и улыбка моментально исчезла. Доминик не привык выставлять эмоции напоказ, но в тот миг я увидела почти осязаемую боль. Когда я тихо окликнула его по имени, зеленые глаза встретились с моими, в которых отражался замок, полный мучений, а затем он мгновенно замкнулся: опустил невидимый мост, закрыл ворота и воздвиг неприступные стены вокруг своей крепости.

— Что ж, новости разносятся быстро.

Я сощурилась, вынула телефон и прочла заголовок:

— «Она – следующая Натия?»

Меня буквально выворачивало оттого, что мою личность сравнивают с ней, швыряют в эту безумную мясорубку, что так любят глянцевые сплетники. До той стычки в клубе наши с Домиником отношения существовали лишь в виде сплетни. Теперь же это превратилось в неоспоримый факт, и публика требовала крови. Меня и раньше сталкивали с собственной сестрой: кто прекраснее, кто достоин быть наследницей рода Милтонов. Им было невдомек, что в этой игре не оказалось победительниц.

И в нынешней схватке мне тоже не суждено победить. В подобных состязаниях победа недостижима, одна сплошная боль.

— Натия непременно примет это за правду, да? – прошептала я едва слышно.

Он кивнул:

— Она написала мне об этом.

Я зажмурилась, стараясь не показать, как его признание полоснуло меня ножом по живому, но, похоже, он заметил.

— Я заставлю их удалить эту чертову статью, – зарычал он. Он принялся что-то набирать на экране, но я выхватила телефон и спрятала за спиной.

— Это ведь на благо курорта, верно? – Я приподняла бровь. – Такова была цель. Твоя бывшая получит по заслугам, а курорт начнет процветать. Декс заключит сделку с казино, да?

— Декс проболтался тебе про свою чертову сделку с казино?

— Да, в клубе. И он в восторге, Доминик.

От меня не ускользнуло, как он отвел взгляд, по-видимому, стараясь скрыть ту мягкость, что проступила в его глазах при упоминании родных. В этом и заключалась его ахиллесова пята, он ведь старший брат и готов ради них на любые жертвы.

— Если начнут писать всякую чушь, мы добьемся изъятия этих статей.

— Ладно. Но она встречалась с тобой, а сейчас на ее месте я, и это не чушь, – вздохнула я. – Ты когда-то любил ее. Подобное сравнение должно льстить мне, не правда ли?

Несмотря на его кивок, я отчетливо понимала, что его жест далек от истины.

Мои собственные слова вернули меня к реальности, напомнив, что происходящее – одна большая фальшь. Пусть мы и хотели вынудить ее купиться на этот спектакль, но мне следовало остановиться, потому что я уже сама начинала верить в эту ложь.

В тот день я не стала звать Доминика к себе, сославшись на неотложные дела. Я пыталась выстроить между нами барьер. Пыталась оставаться лишь фальшивой девушкой, поскольку настоящей мне быть не суждено.

ДОМИНИК БОЛЬШЕ НИ РАЗУ не заикнулся о Натии, однако мои мысли неизменно возвращались к той статье изо дня в день, когда на следующей неделе он наведывался ко мне в пекарню.

И особенно в тот миг, когда я прочла сообщение от сестры.

Анастасия:

Я пыталась до тебя дозвониться. Ты даже не рассказала, что встречаешься с ним. Это правда? Срочно перезвони. Пожалуйста.