Книга Нулевой токсин, страница 47 – Мария Эмви

Элизабет прижала ладонь ко рту, подавляя всхлип. Даже будучи запертым, находясь под угрозой химической лоботомии, Залман просчитал маршруты охраны и запер ее в бункере, чтобы защитить ее. Девушка торопливо застучала по клавишам:

Они хотят уничтожить вас, Залман. Вы даже не представляете, что такое протокол Детокс-3! Препараты выжгут ваши нейронные связи. Вы должны бежать! Завтра утром я разблокирую вашу палату, мы найдем выход через технические шлюзы…

Ответ появ ился мгновенно. Логичный, разрезающий ее панику на куски:

Побег неэффективен. Протокол безопасности активирует химический распад в моей крови, если я покину периметр «Апейрона» до завершения контракта. Я умру от полиорганной недостаточности через двое суток, вы же знаете.

Элизабет уставилась на экран, строчки плыли перед глазами. Залман был прав. Она совсем забыла про контракт. Альдо Сфорца держал своих пациентов на коротком, смертельном поводке.

Тогда что нам делать⁈ — в панике отправила Элизабет.

Будем использовать энергию противника, —гласил ответный зеленый текст на черном фоне. — Изолятор, в котором проводят Детокс-3, это единственное место в центре, где медицинское кресло напрямую подключено к центральному нейро-хабу Сфорцы. Это ядро их алгоритма. Чтобы обрушить всю систему «Апейрона» и отключить трекеры у пациентов, мне нужно находиться в этом кресле. Мне нужен физический доступ к интерфейсу Детокса.

Холод серверной внезапно проник прямо в кости Элизабет. Она поняла, что задумал Залман. И это было самое настоящее самоубийство.

Вы сошли с ума! — ее пальцы яростно били по клавишам. — Они введут вам блокаторы! Вы уснете раньше, чем успеете взломать систему! Ваш мозг просто отключится, Залман!!

На экране повисла пауза. Самая длинная и страшная пауза за всю эту ночь. Элизабет слышала только гул кулеров и стук собственной крови в висках. Наконец, монитор мигнул:

Мой мозг отключится, только если в вену поступит ингибитор. Но вы — моя гравитация, Элизабет, вы это еще помните? И завтра вы должны будете изменить физику этого места.

Куратор Коваль вцепилась в край металлической панели, продолжая читать поступающие сообщения:

С завтрашнего утра вы отстранены от моего дела. Но вы все еще имеете доступ к лаборатории медикаментов сектора В. Вы должны выкрасть ампулу с физраствором и заменить ею капсулу с ингибитором для моего Детокса. Проникните в изолятор до начала процедуры.

Элизабет читала эти строки, и реальность вокруг нее сужалась до размеров этого маленького экрана. Заменить препарат, выкрасть ампулы и подделать маркировку. Это уже не просто нарушение протокола, а уголовное преступление! Если ее поймают с фальшивыми медикаментами в изоляторе, ее отправят за решетку, а Альдо Сфорца лично проследит, чтобы ее семья лишилась всего. Весь мир Элизабет Коваль рухнет в одно мгновение.

И Залман знал это. Он понимал всю тяжесть того, о чем просит:

Вероятность провала — 74 %. Если вы откажетесь, я пойму. В таком случае, просто оставайтесь в своей комнате завтра. Когда я проснусь через три дня, я просто забуду обо всех своих эмоциях и чувствах. Это будет не больно.

«Это будет не больно». Слова Залмана ударили Элизабет сильнее, чем любая пощечина. Он предлагал ей выход: остаться в ее безопасной стерильной норке, пока монстры «Апейрона» будут убивать в нем того самого человека, в которого она так слепо влюбилась. Элизабет посмотрела на свой трекер. Красный свет медленно и неохотно пульсировал в темноте. Девушка вспомнила, как отец прятался от долгов, заставляя их с матерью открывать дверь коллекторам. Отец всегда выбирал легкий путь, всегда убегал от ответственности. И Элизабет поклялась себе никогда не быть похожей на него. Она думала, что ее идеальное соблюдение правил «Апейрона», это доказательство ее силы. Но сейчас, стоя перед этим монитором, она осознавала, что настоящая сила не в подчинении правилам, которые уничтожают людей, а в готовности сжечь всю систему ради одного человека.