Книга Нулевой токсин, страница 4 – Мария Эмви

Сфорца посмотрел на нее в упор с мольбой наставника, просящего о помощи, во взгляде, а Элизабет опустила глаза на свой зеленый браслет. Девушка до дрожи в коленях боялась непредсказуемых и странных людей. Вся ее жизнь была выстроена таким образом, чтобы избегать конфликтов. Но отказать Альдо Сфорце, человеку, который подарил ей эту тихую гавань, она не могла.

— Я поняла, сэр, — голос куратора дрогнул, но Элизабет заставила себя уверенно кивнуть. — Беру седьмую палату на себя.

— Знал, что на тебя можно положиться, дорогая, — Сфорца облегченно улыбнулся. — Инструкции и его досье уже загружены в твой планшет. Прошу, верни этому мальчику его разум.

* * *

Путь в VIP-сектор лежал через прозрачную галерею, соединяющую два крыла клиники. За бронированным стеклом бушевала альпийская метель, снежные хлопья беззвучно разбивались о невидимую преграду, но внутри галереи поддерживалась идеальная температура в двадцать один градус по Цельсию. Элизабет шла медленно, чувствуя, как с каждым шагом тяжелеет ее рабочий планшет. Сектор для особых гостей, или, как его неофициально называли сотрудники, «Золотая клетка», разительно отличался от остальной клиники. Здесь исчезал белый больничный свет, коридоры тонули в мягком полумраке, пол был устлан звукопоглощающим ковролином графитового цвета, а вместо дверей палаты скрывались за матовыми панелями из смарт-стекла. Здесь всегда пахло сандалом и дорогим деревом, а не перечной мятой. Тишина в крыле казалась не умиротворяющей, а давящей, словно находишься на дне океана.

Элизабет остановилась у панорамного окна, чтобы перевести дух, и открыла присланное Сфорцей досье. Экран планшета мигнул, высвечивая фотографию пациента. Девушка невольно задержала дыхание. Люди с такими громкими фамилиями обычно смотрели с обложек журналов о бизнесе, излучая агрессивную уверенность и хищный оскал успеха. Залман Левин явно не вписывался в такие привычные стандарты. Он выглядел вполне себе обычным человеком, если не считать выбеленные до состояния альпийского снега, чуть вьющиеся волосы, небрежно торчащие в разные стороны. Прическа говорила о своем «владельце» больше, чем абсолютно нечитаемый взгляд. На фотографии Залман смотрел не в объектив, а куда-то сквозь него, словно фотограф был лишь раздражающим препятствием на пути его мыслей. Элизабет пролистнула экран ниже, к медицинской карте. То, что она увидела, заставило ее нахмуриться.

Зависимости: отсутствуют. Результаты анализа крови в процентном содержании: алкоголь — ноль, никотин — ноль, запрещенные вещества — ноль.

Зачем отправлять в «Апейрон» человека, которому не нужен детокс? Девушка вчиталась в примечания, оставленные психологами корпорации Левиных:

«Пациент демонстрирует критическую социальную дезадаптацию и одержимость неструктурированными паттернами. Отмечается игнорирование корпоративной субординации. Месяц назад сорвал слияние компаний на три миллиарда долларов, аргументировав это тем, что у генерального директора партнера „асимметричная мимика, указывающая на семидесятипроцентную вероятность скрытой психопатии и склонности к растратам“. Отказывается присутствовать на заседаниях совета директоров, ссылаясь на то, что акустика в зале заседаний резонирует на частоте, разрушающей его мыслительный процесс».