Книга Вера для мажора. Услышь меня, страница 14 – Ника Оболенская

Хлопаю громко в ладоши.

— Время развлечься!

Народ радостно вопит. Кто-то задевает край стола, и посуда с грохотом летит вниз.

Осколки разлетаются по всему полу. То, что нужно.

— И долго ты собираешься на это смотреть? — Щелкаю пальцами официантке. — Зови уборщицу, пусть тут все вылижет до блеска.

От предвкушения по венам растекается азарт. Ведь я точно знаю, кто сейчас зайдет в випку.

Ведьма появляется спустя пару минут в компании швабры и ведра.

С приклеенной улыбкой она бормочет извинения, но при виде меня тут же затыкается.

Ух, какой взгляд! Если бы таким можно было убивать, Зайцева бы уже давно мотала срок.

Ухмыляюсь, разваливаясь на диване поудобнее и кивком отдаю команду: «Фас»!

— Фу, что за убожество на башке?

— Ее изнасиловал колорист?

— Чуете, завоняло дерьмом!

Телки катком проходятся по внешке Ведьмы.

— Надеюсь, это не заразно, — брезгливо произносит Катя-Даша, и все взрываются хохотом.

На секунду взгляд Ведьмы впивается в меня, а потом гаснет. Она молча приступает к уборке, игнорируя гогот.

Парни наперебой сыпят сальными шуточками. Девицы смотрят на нее свысока, с таким презрением, будто она не человек, а грязь, прилипшая к подошве.

На секунду чувствую раздражение.

Эй, Ведьма, чего же ты не огрызаешься? Где твой острый язычок? Неужто затолкала между своих тощих булок?

Катя-Даша пьяно взмахивает рукой:

— Эй, ты! — визгливо обращается к притихшей Ведьме. — Иди сюда и убери тут как следует.

Зайцева опускается на корточки и начинает собирать крупные осколки.

— Господи! — морщится рыжая и манерно зажимает двумя пальцами нос. — Я будто в хлеву оказалась! Давай уже быстрее, а то меня щас стошнит.

Снова ржач.

— Ты оглохла, что ли? — визгливо истерит Катя-Даша.

Зайцева ушла в полный игнор.

И тогда рыжая, с глумливой улыбкой, наступает каблуком на пальцы Ведьмы.

— Ой! — притворно ахает Катя-Даша, не сдерживая злорадную усмешку. — Кажется, я наступила на какое-то дерьмо.

За столом все затихают.

Я вижу, как плечи Зайцевой напрягаются. Медленно, очень медленно она поднимает голову и смотрит на рыжую. И ее взгляд не обещает ничего хорошего.

— Че ты пялишься, лохудра! — кривится Катя-Даша и кивком головы указывает вниз: — Быстро вылизала мои туфли языком. Ну!..

— Одну секунду, — тихо произносит Ведьма и плавно поднимается на ноги.

Берет со стола полупустой кувшин с лимонадом, где плавают дольки апельсина и веточки мяты.

— Я долго буду... — начинает рыжая.

Но Ведьма не дает ей договорить. Она выливает все содержимое кувшина на башку Кати-Даши.

На мгновение воцаряется абсолютная тишина.

Наблюдаю, как жидкость ручьями стекает по рыжим волосам, по лицу, пачкая светлую ткань топа. Апельсиновая долька смачно шлепается с макушки рыжей ей на колени.

А потом в мои уши ваинчивается пронзительный визг.

— А-а-а-а! Ты!.. — Катя-Даша смахивает с лица ветку розмарина, ее пальцы дрожат от ярости. — Тварь! Ты че натворила?!

— Остудила котелок, который у тебя вместо башки, — резко парирует Ведьма.

На лице упрямство и ни капли раскаяния.

Поднимается гомон, все кричат. Пацаны закатываются от дикого ржача. Телеки наперебой пытаются реанимировать ЧСВ рыжей Кати-Даши.

В дверях появляется перепуганный администратор. Он мечется рядом со столом, мямлит что-то о компенсации и ужине за счет заведения, бросая полные негодования взгляды на Ведьму.