Книга Развод. Жалости не дождешься, страница 48 – Ева Шах

— Полина, — сказал он тихо, — я не хочу становиться человеком, вокруг которого тебе снова придется выстраивать свою жизнь. Я хочу стать человеком, рядом с которым твоя жизнь станет больше.

У меня перехватило дыхание.

Как же он умел попадать точно в те места, где еще недавно были раны.

— Ты понимаешь, что после таких слов женщину уже сложно отпустить домой с пустыми руками? — сказала я, пытаясь хоть как-то спрятаться за шуткой.

Он усмехнулся.

Потом сунул руку в карман пальто.

И в следующую секунду у меня остановилось сердце.

Это была не бархатная коробочка.

Не киношный жест на колене.

Не громкое, демонстративное предложение.

Он просто достал ключ.

Обычный металлический ключ на темном брелоке и положил мне в ладонь.

Я уставилась на него, ничего не понимая.

— Что это?

— От моего дома.

Я подняла глаза.

— Марк…

— Это не ультиматум. Не давление. Не предложение немедленно переехать, расставить тапочки и спорить о шторах. Это просто… ключ. Чтобы ты знала: у тебя есть место, где тебе всегда рады. В любое время. В любом состоянии. Без объяснений.

Я смотрела на этот ключ на своей ладони и чувствовала, как к горлу подступает что-то острое, сладкое, почти болезненное.

После всего, что было.

После того, как один мужчина пытался отнять у меня дом.

Другой мужчина просто давал мне свой.

Не взамен.

Не за что-то.

А потому что хотел.

— Ты сейчас либо сведешь меня с ума, либо сделаешь самой счастливой женщиной в этом парке, — прошептала я.

Он шагнул ближе.

Очень близко.

— Я стараюсь ко второму варианту.

Я сжала ключ в пальцах.

— Тогда, пожалуй, у тебя получается.

Он поцеловал меня прямо там, среди сырого весеннего воздуха, тающего снега и первых вечерних огней, и я поняла, что счастье редко приходит с фанфарами.

Чаще — с простым ключом в ладони.

---

Глава 46

Глава 46

Я думала, что на этом история с Кириллом закончится тихим догоранием.

Но ошиблась.

Последний акт, как и положено плохому мужчине, он решил сыграть максимально громко.

Это произошло в обычный вторник.

Я была в офисе, обсуждала с клиенткой банкетное меню, когда Нина Петровна заглянула в кабинет с лицом человека, которого одновременно бесит и пугает чужая наглость.

— Полина Андреевна… там ваш бывший.

Удивительно, но при слове «бывший» я не почувствовала боли.

Только сухую усталость.

— Где?

— В приемной. И, если честно, я бы ему уже вызвала охрану.

Я встала медленно.

Спокойно.

Кирилл стоял у окна.

Осунувшийся. Дерганый. Уже не гладкий, не уверенный в себе, не тот красивый мужчина, которого когда-то так легко было спутать с надежностью. Сейчас в нем было слишком много рваных движений, злости и той тяжелой энергетики человека, у которого отобрали зеркало, в котором он себе нравился.

Он обернулся, увидел меня — и на секунду в его лице мелькнуло что-то очень похожее на потерянность.

Наверное, он ожидал увидеть прежнюю меня.

Ту, которая хотя бы дрогнет.

Не случилось.

— Что тебе нужно? — спросила я.

— Поговорить.

— Нет.

— Полина, хватит.

— Нет, Кирилл. Хватит — это было раньше. Сейчас уже поздно.

Он шагнул ко мне.

Нина Петровна сразу выпрямилась, как боец на старте.

— Ты думаешь, победила? — тихо сказал он. — Думаешь, если спишь с Воронцовым, то мир принадлежит тебе?

Я почувствовала, как в приемной изменился воздух.