Книга По следу Розы, страница 71 – Энн Кин

Рику пришлось сжать кулак, чтобы не погладить ее по плечу в успокаивающем жесте.

— Ничего. На аукционе он точно наследит, – вместо этого пообещал Рик. Он не двигался, искоса наблюдая за тем, как ее гневное выражение лица сменяется на задумчивое, а после спокойное. Она нашла для себя какое-то объяснение или продумала какой-то план, которым еще не была готова поделиться, но… Но – что? Ничего. Но перемирие закончится на мексикано-американской границе. Но это последняя ночь, когда они вот так мирно сидят за одним столом.

Рику нужна серьезная причина, чтобы заставить Розу все же взять его с собой на аукцион. Больше, чем угрозы.

Роза наконец вернулась к реальности и глянула на свой телефон, на руку Вулфа, лежавшую на столе рядом, на самого Рика и остановилась на его лице, находящемся сейчас так же близко, как тогда, в тюрьме, но в совсем иных условиях. Куда более интимных. Они чувствовали тепло друг друга, ароматы друг друга, соприкасались кожей. Это совсем не то же самое, что ловить ее за руку и цеплять наручники. Это совсем не то же самое, что играючи поправлять воротник его рубашки, чтобы стащить телефон.

— Мы его поймаем, – сказал Рик. Обязан был сказать сейчас что-то такое, что подарит ей хоть каплю уверенности, пусть и не в завтрашнем дне, но в самом Рике.

Роза улыбнулась уголками губ.

— Еще маргариты? – Она кивнула на пустой графин, забрала его со стола и направилась к барной стойке. А Рик пожалел, что не удержал ее на месте, рядом с собой.

Слово за слово, от расследования к шуткам они не заметили, как перешли на более личные темы.

— Где сейчас твоя семья? – спросила Роза. Рик сидел, склонив голову над своим бокалом пива, потому что от злой соли в маргарите уже перестал чувствовать вкус алкоголя. После этих слов Рик посмотрел на нее с недоверием, которое Роза, похоже, сразу считала:

— Что? Я не пробивала их.

Он продолжал смотреть выжидающе.

— Не в моей привычке втягивать семьи в личные разборки.

— Это первое, на что все и всегда давят.

— Твои родные не виноваты в том, какой путь ты выбрал или с кем поссорился. – Роза равнодушно пожала плечами, и Рик стал перебирать в памяти ее дело. Это правда, ее парни никогда не трогали семьи даже предателей. Еще одно отличие картеля Вергара – те же Касильяса или Хименес не оставляли ни детей, ни стариков, если кто-то перешел им дорогу. Это было предупреждением для следующих смельчаков обобрать или обмануть картель: если тебе не дорога собственная жизнь, подумай о тех, кто остался в другом штате и знать не знает о твоих делишках, но поплатится.

— Они живут в Чикаго, – ответил Рик, и Роза довольно хмыкнула. Похоже, в ответ на то, что он все же открылся. – Отца несколько лет назад сделали партнером в его юридической фирме, и…

— Так ты законник до самых корней, поня-ятно. Не удивлена.

Рик покачал головой.

— Порой он защищает людей, с которыми не стоит связываться. Действительно не стоит.

Несколько лишних секунд Роза всматривалась в его лицо, пытаясь расшифровать это «действительно». Но поморгала и продолжила расспросы:

— Ты единственный ребенок в семье? – Роза ткнула в него пустым бокалом, на крае которого еще осталось чуть белого налета. Перед первым глотком она прямо слизала соль со стекла. Дразнится.

— Если не о всей семье, то обо мне-то ты наводила справки, уже все знаешь. – Рик подался ближе. На столе теперь остались только пара бокалов и тарелка с закусками, к которой никто не притронулся. Из надломанной сырной палочки вытекла и застыла начинка, пара начос, воткнутых в гуакамоле, совсем размякли. – Давай, спроси что-то, чего твои парни не смогли бы нарыть.