Книга По следу Розы, страница 129 – Энн Кин

— Было похоже, что твой авторитет стоит куда больше, чем чужие жизни, – сказал Рик тихо. Если он и хотел бросить это как упрек, то не получилось. Простая, спокойная констатация факта, с которой еще две недели назад Роза бы согласилась. А теперь выдала прежде, чем поняла, что сказала это вслух:

— Не твоя.

Брови Рика чуть дернулись, но он будто не поверил.

— Жаль, что завтра все станет как прежде, – хрипло сказала Роза, давая ему чертов шанс все исправить.

И Рик им воспользовался.

— Да помолчи ты хоть раз.

Он налетел на Розу, толкнув на стену. Его пальцы сомкнулись вокруг обоих запястий Розы, таких тонких в его лапище. Рик задрал ее руки над головой, обездвиживая Розу, но, сукин сын, за поцелуем так и не потянулся. Остановился в дюйме от ее губ и усмехнулся, чтобы Роза почувствовала вкус виски. Она уже распробовала его на языке Рика, целуя его пять минут назад. Пусть это и должно было стать лишь спектаклем для охранников, какая разница, если актеры заигрались.

Правой рукой Рик провел вдоль ребер Розы, слишком медленно и дразняще, огладил кончиками пальцев по вырезу на груди.

— Мне весь вечер было интересно, – шепнул он, и Роза готова была укусить Рика, чтобы перестал наконец болтать, – насколько тонка эта ткань. – Его рука скользнула к лямке на плече, к шее, сдвинулась к затылку, и пальцы чуть сжались на шее сзади. – Будет ли видно, если у тебя встанут соски. – Его дыхание чуть не сожгло нежную кожу за ухом Розы. – Теперь знаю.

— Экспериментатор хренов, – усмехнулась Роза. – Так мы продолжим, или?..

— Помолчи, – выдохнул он ей в губы и поцеловал.

Первый их поцелуй в Тихуане был пьяным и резким, Роза сама его инициировала и где-то очень глубоко боялась, что Рик отступит. Как он и сделал. Но не по той причине, которую ждала Роза, а потому что когда-нибудь его правильность загонит в могилу их обоих.

Второй поцелуй, спешный и скомканный, переходящий из розыгрыша во что-то настоящее и бешеное… Нет, тоже не то.

Сейчас Рик взял все под контроль. Он даже не позволял ей двинуться, не выпускал ее рук, вжимая Розу в стену, и, черт, ему точно было неудобно, но теперь они играют по его правилам, и Роза впервые хочет подчиниться. Даже когда она встала на цыпочки, чтобы потянуться к нему, Рик надавил ей на талию, удерживая на месте. Свободной от ее запястий рукой он то скользил по шее Розы, то спускался вниз по груди и животу, гладил бедро, притягивал к себе за поясницу. Роза едва не застонала от истомы, чего он так тянет? Ждет, когда им еще кто-то помешает?

Наконец Рик подтянул подол ее платья, сдвинув разрез на бедре, чтобы коснуться голой кожи. Если прежние его касания Роза сравнивала с ожогом, то как назвать это? Его пальцы будто оставляли клеймо на каждом сантиметре ее ноги. «Принадлежит Ричарду Вулфу». И теперь полыхало не только на коже, но и под ней, и в животе, груди, горле, из которого вырывался стон от каждого его поцелуя на ее ключице, от того, с какой силой он сжимал ее запястья.

Не осталось в нем ничего от копа, не осталось от того Вулфа, который ее оттолкнул в Тихуане. Его место занял тот Рик, что обещал марафоны секса, что грозился не выпускать из спальни в кружевном корсете, что кусал теперь ее за шею и скользил рукой по внутренней стороне бедра, медленно, дразняще, доводя до белого каления своим промедлением.