Книга Ривермен. Как Тед Банди и я охотились на Убийцу с Грин-Ривер, страница 50 – Роберт Кеппел

Через несколько недель я услышал характерный стук в стеклянную стенку кабинета лейтенанта Фрэнка Чейза – наш служебный «вызов». Я направился к нему и увидел в кабинете шерифа Барни Уинковски. По его виду сразу стало ясно: дело серьезное.

Уинковски, ветеран правоохранительных органов и бывший руководитель федеральных программ в Сиэтле, спокойно и уважительно сообщил, что комиссар Ли Браун лично просит направить меня в Атланту в качестве консультанта – как по расследованию убийств детей, так и по работе оперативной группы. Туда приглашали и других экспертов по сложным, резонансным делам.

Я сел, уловив, что невольно нервничаю, хотя после разговора с Либертом ожидал подобного поворота. Единственное, чего я не понимал, – что именно им нужно от меня. В лучшем случае я мог сказать им, чего делать категорически не стоит. Напряжение висело в воздухе.

Лейтенант Чейз, не имевший отношения к расследованию дел Теда, шутливо сказал, что готов поехать со мной «носить чемоданы» – и этим дал понять, что сам бы от такой поездки не отказался.

Тем не менее я испытывал тревогу перед поездкой в Атланту. Несколькими месяцами ранее Ли Браун уже отобрал группу так называемых суперкопов – следователей, работавших над самыми громкими делами страны. СМИ раздули их образ, представляя их как «семерых самураев», прибывших помочь атлантской полиции. Мне было трудно представить, что мы можем добавить поверх их рекомендаций. Разве полиции Атланты не хватило советов «суперкопов»? Или же эти консультанты обсуждали с властями что-то совсем иное? Это был первый вопрос, который я собирался задать по прибытии.

Мы прилетели и заселились в «Атланта Хилтон» 20 мая 1981 года. По моим меркам, это был роскошный отель, явно не тот, где я мог бы остановиться за собственный счет. Наши номера и питание были заранее оплачены, так что тратить свои деньги не приходилось. На стойке регистрации нам выдали пакеты документов: приветственный меморандум, список участников, расписание встреч, а также отчет о ходе расследования и мерах по предотвращению новых убийств. Сотрудник ресепшена вел себя необычно: сдержанно, подчеркнуто вежливо, осторожно – как будто принимал не просто гостей, а прибывающих с тайной миссией. Было очевидно, что наше присутствие держат в секрете. Судя по всему, медийная шумиха вокруг «суперкопов» оставила у местных властей неприятный осадок, и они не хотели повторения спектакля. Я лишь гадал, как долго продлится этот «медовый месяц без прессы».

Просматривая меморандум комиссара Брауна, я наткнулся на список детективов. На первый взгляд – ничего примечательного: фамилии и города. Никаких ролей, никаких намеков на то, зачем нас собрали. Но уже на следующий день смысл этого списка раскрылся – и меня ждал шок.

Консультация проходила в защищенном помещении – «Миланском зале», который охраняли переодетые полицейские: их задача была не пустить репортеров и посторонних. Атмосфера была предельно официальной, почти заговорщицкой. Вел заседание Ли Браун, сидевший во главе стола рядом с Моррисом Реддингом (руководителем оперативной группы и будущим начальником полиции), инспектором Робби Хэмриком (Бюро расследований Джорджии) и майором Фредом Тейлором (полиция Атланты). Мы, консультанты, сидели вдоль столов в форме буквы «U». Напряжение – почти осязаемое – исходило от необходимости держать прессу на расстоянии. Порой казалось, что власти Атланты больше боятся газет, чем убийцы. Хотя среди них были и те, кто сосредоточился исключительно на деле.