Книга Не та героиня этой дорамы 1, страница 137 – Дада Смехова

Я отворачиваюсь — мои щёки ловят его поцелуи.

Его ладони мягко, настойчиво разворачивают моё лицо обратно, как будто это просто нелепое недоразумение, которое нужно исправить немедленно.

Он как ребёнок, который впервые попробовал конфету и решил, что теперь будет питаться только ей до конца жизни.

Я пытаюсь его остановить — кладу руку между нашими лицами.

Он сначала целует мои пальцы, потом осторожно, но настойчиво пытается убрать руку в сторону.

Постепенно замедляется, останавливается и смотрит на меня вопросительно.

Я не могу сдержать улыбку.

Мы оба дышим часто, глубоко, как будто только что пробежали марафон, а не «немного» поцеловались под чужим крыльцом.

Он улыбается тоже — по-настоящему, по-мальчишески: робко, нежно, чуть растерянно.

И снова тянется ко мне ближе.

— Ещё… — шепчет он, глядя прямо в глаза. — Можно?

Ну как такому откажешь?

Я капитулирую без боя и просто подставляю губы.

Он касается осторожно, потом целует — как умеет. Но он слишком старательный ученик: с каждым разом у него получается всё лучше и лучше.

Он уже перехватывает инициативу, углубляет поцелуй так, что у меня сам собой срывается тихий стон.

Он замирает и резко отстраняется.

— Что? Тебе плохо? Я не хоте… — начинает он торопливо.

Я не даю ему договорить — прикладываю палец к его губам.

— Всё хорошо, — выдыхаю. — Мне… очень хорошо. Очень.

Откуда ты вообще такой девственный и непорочный взялся, а? В каком монастыре тебя выращивали?

— Правда? — он всматривается в моё лицо, чуть отстраняясь.

Потом хмурится и тихо добавляет:

— Я не должен был терять контроль над собой.

Он опускает глаза, как школьник, который списал, а потом сам себя сдал.

Я тихо вздыхаю.

Он снова поднимает взгляд — и, конечно же, этот взгляд цепляется за мои губы.

И вот он опять, как в трансе, начинает наклоняться ко мне.

Я мягко упираюсь ладонью ему в грудь, останавливая.

Он замирает. Смотрит мне в глаза. Молчит.

Как бы не влюбиться…

— Нам нужно идти, — подсказываю, а то он, кажется, собирается здесь навсегда остаться.

Он внимательно смотрит, кивает, соглашается. Делает шаг назад и мягко снимает меня со ступени — и я снова становлюсь ниже.

Да… в этом мире очень не хватает моих родных высоких каблуков.

— Я возьму на себя ответственность за случившееся, — серьёзно произносит он и так же серьёзно смотрит на меня.

Я опускаю взгляд, пытаясь спрятать улыбку — и замечаю, как принц очень старается незаметно привести себя в порядок: прикрывается руками, поправляет одежду.

Я резко поднимаю голову и делаю максимально невинное лицо.

Так и тянет спросить, как именно он собирается это делать. Жениться? Ещё один жених из-за поцелуя мне точно не нужен.

Я вообще на минутку забыла про его гиперответственность и правильность. Странно даже, что он вообще позволил этому случиться.

Шенли всё так же серьёзно смотрит на меня.

Он, кажется, ждёт ответа.

А я борюсь с собой, чтобы не глянуть ниже пояса и не проверить: уже успокоился или ещё нет?

А если рукой случайно задеть… может, всё-таки продолжим?

— Фэнфан? — мягко зовёт он.

Он что-то спрашивал? Я, кажется, выпала из разговора.

— Извини, я немного устала, — приходится срочно прикинуться уставшей.

— Пошли, — он протягивает руку.

Ого. Вот это его пробрало, раз ужесамруку подаёт.