Книга Не та героиня этой дорамы 1, страница 119 – Дада Смехова

Фантазии на большее уже не хватала — мозг устал, день и так был слишком насыщенным для простой незначительной служанки.

Не успели мы зайти в кабинет, как личный слуга князя тут же плотно прикрыл двери и подал хозяину тот самый свиток, который привез евнух.

Я, естественно, сразу начала тихо сгорать от любопытства:что ж там такого, что даже обычно невозмутимый князь так нервничает?

Я склонила голову, ожидая, что сейчас князь хоть как-то объяснит, зачем я ему понадобилась.

— Ты остаёшься здесь, — без всяких предисловий объявил он.

Я недоумённо подняла голову:

В смысле — остаюсь? Здесь? Как долго? На вечно? До конца сериала?

— А как же первая принцесса? — вопрос сам вылетел, раньше, чем мозг успел его остановить.

— Она теперь с первым принцем. О ней есть кому позаботиться, — сказал князь таким тоном, как будто ставил точку не только в фразе, но и в дальнейших обсуждениях.

Я пыталась понять, что вообще происходит.

Может, ему уже пожаловались, что я позорю Лизку своим поведением? И он решил гуманно изъять меня из жизни принцессы, пока я там всё окончательно не развалила?

Фантазия рисовала один мрачный вариант за другим.

— Ты пока будешь жить в покоях первой принцессы, — добавил князь.

Неожиданно!!!

Так. Меня здесь оставляют, но, похоже, не как позор века. Тогда… зачем?

Я посмотрела на князя — он внимательно разглядывал меня: одежду, причёску, каждую мелочь. Стало неуютно.

В голову тут же полезли мысли о его наложницах и о том, как они на меня сегодня смотрели, когда он посадил меня рядом за стол.

Вот только воздыхателей мне ещё не хватало. Сколько вас тут вообще по списку?

Пора реально задуматься о запуске курса по любовным практикам:

«Как свести с ума всю древнекитайскую аристократию и самой при этом не поехать кукухой».

Я уже подбирала вежливую формулировку, чтобы аккуратно спросить, чем вызван такой… повышенный интерес к моей скромной персоне, но не успела.

Князь резко развернулся к слуге и приказал:

— Отведи её в покои первой принцессы. И отвечаешь за неё головой.

И, не дав ни шанса задать хоть один вопрос, развернулся и вышел.

Я уставилась ему в спину с открытым ртом.

Это что сейчас было?

— Госпожа, прошу, — слуга почтительно склонился и указал на выход.

Госпожа.

Живу в покоях принцессы.

За меня отвечают головой.

Класс.

Кажется, меня официально повысили до служанки уровня государственного значения.

Может, я и правда его внебрачная дочь?

Мысль, конечно, звучала как сценарий третьесортной дорамы, но… чем дальше, тем логичнее казалась.

Но тогда почему я вообще была служанкой?

Нет, что-то здесь не сходится. Скорее всего, есть ещё какая-то причина, просто до неё мой ум ещё не доковылял. Ладно, панику отменяем, включаем режим: «подождать и подумать».

Я пошла следом за помощником. На улице солнце уже клонилось к закату, но было ещё светло, во дворе сновали слуги — кто-то тащил подносы, кто-то сворачивал коврики, кто-то просто создавал вид бурной деятельности.

Мы свернули в более тихую часть поместья — туда, где раньше находились покои принцессы. Сейчас там никто не жил. Странно, что эти комнаты ещё не отдали какой-нибудь особо любимой наложнице. По местным законам драматургии — идеальное место для чьих-нибудь «особых покоев».

Мы вошли внутрь. Было темно, пыльно и отчётливо видно, что здесь никто не готовился принимать гостей. Значит, решение оставить меня здесь было действительно спонтанным — прямо по свежему вдохновению князя.