Книга Не та героиня этой дорамы 3, страница 90 – Дада Смехова

И прежде чем я успела возмутиться, он подхватил меня на руки и поднялся.

Правда, сразу стало заметно, что несколько часов на коленях под дождём не прошли бесследно.

Его качнуло. Совсем немного, но я почувствовала.

Шенли замер, восстанавливая равновесие. Я тут же крепче прижалась к нему.

Только попробуй поставить меня обратно.

Только попробуй.

— Осторожнее, ваше высочество, — заботливо подсказала я. — Сейчас меня нельзя отпускать. Я же больная.

Шенли хмыкнул.

Сделал первый шаг.

Потом второй.

И медленно направился к выходу со двора.

— Несите меня в мои покои, — на всякий случай уточнила я маршрут.

А то мало ли, вдруг сейчас выгрузит где-нибудь по дороге и сбежит. Потом ищи его снова по всему дворцу.

— Издеваешься?

— Ни в коем случае.

— Ты не такая уж лёгкая.

Я возмущённо распахнула глаза. Вот и всё. Не осталось больше моего галантного принца. Погиб. Видно смыло под дождем

— Фи, как некультурно, — оскорблённо проговорила я. — Говорить девушке, что она тяжёлая.

Шенли промолчал. Только ускорил шаг.

— Просто признайтесь, что недостаточно сильны, чтобы нести столь ценный груз.

— Ещё одно слово…

— И что?

— И я оставлю тебя здесь.

Я задумчиво посмотрела на дождь, потом на лужи, потом снова на него.

— Не оставите.

— Почему такая уверенность?

— Потому что тогда вам придётся вернуться обратно и стоять под дождём дальше.

На несколько секунд повисла тишина.

— Иногда я думаю, что ты специально испытываешь моё терпение.

— Нет, — сонно пробормотала я. — Я просто помогаю вам принимать правильные решения.

Кажется, я всё-таки заснула. Потому что в следующий раз открыла глаза уже возле дворцовых ворот.

Вернее, сначала я услышала голос. Громкий. Настойчивый. Кажется, именно он и выдернул меня из этого липкого сна. Потом высокий писклявый, от которого хотелось поморщится

— Пропустите его высочество!

Я с трудом сфокусировала взгляд на говорящем. Евнух. Кажется, тот самый, которого я видела во время аудиенции у императора. Лениво удивилась, что он тут делает и почему лично отдаёт распоряжения стражникам, но мысль так и не успела оформиться до конца. Честно говоря, мне уже было абсолютно всё равно.

Даже держаться за шею Шенли не осталось сил. Пальцы медленно разжались и начали беспомощно сползать с его плеч. Он сразу это почувствовал. Чуть крепче прижал меня к себе и легко, уверенно подкинул выше на руках. Хотелось возмутилась такому отношению. Хотя бы из принципа, но сейчас не было сил даже просто закатить глаза.

Меня опять дико знобило. Или, наоборот, было жарко — я уже не понимала. Казалось, тело одновременно горит и замерзает. Щёки пылали, а внутри всё крупно дрожало от холода. Мир вокруг качался и плыл. Кажется, мы куда-то очень быстро шли. Потом ехали. Или мне это уже просто снилось.

Иногда я чувствовала, как меня осторожно трясут за плечи. Иногда — прохладные, спасительные ладони на своём лбу, щеках и шее. Кто-то что-то говорил, спорил, отдавал резкие приказы. Но слова не складывались в смысл. Они просто проходили сквозь меня, как сквозь воду.

А потом пришёл сон. Нет. Не сон. Кошмар.

Настолько настоящий, что сначала я даже обрадовалась. Потому что наконец-то вернулась домой. В свой мир.

Я стояла посреди знакомой улицы. Видела дома, деревья, серое зимнее небо. Снег. Настоящий снег — такой, каким я его помнила. И в первое мгновение меня захлестнуло дикое, сумасшедшее облегчение. Получилось! Я вернулась! Я действительно вернулась домой! Не будет больше этого душного дворца, не будет бесконечных дурацких правил, придворных интриг и чужого, пугающего мира.