Книга Не та героиня этой дорамы 3, страница 118 – Дада Смехова

— Успокаивающий чай, — спокойно ответил он, и поставил чашу обратно на столик.

Я возмущённо вскинула на него взгляд, уже открыв рот, чтобы высказать всё, что я думаю о его методах и о том, что ни в каких успокаивающих чаях я вообще-то не нуждаюсь. Но Шенли не дал мне вставить ни слова. Он мягко протянул руку и коснулся пальцами моей щеки.

— Не плачь больше, — едва слышно прошептал он.

Все заготовленные колкости тут же вылетели из головы. Я замерла, начисто забыв, что хотела сказать. Его ладонь на мгновение задержалась на моей щеке, а затем медленно соскользнула к губам. Шенли бережно, с каким-то особенным трепетом провёл большим пальцем по моим потрескавшимся, искусанным от лихорадки, сухим губам, слегка задевая чувствительную кожу. От этого интимного, до безумия нежного жеста у меня окончательно перехватило дыхание, а по телу пробежала волна мурашек.

Горячие пальцы запутались в волосах у затылка и мягко, но настойчиво потянули меня к себе. Шенли больше не смотрел мне в глаза — его потемневший, тяжёлый взгляд был намертво прикован к моим губам. Он склонялся всё ближе и ближе, заставляя меня забыть обо всём на свете и просто раствориться в этом томительном ожидании.

Я перестала дышать, боясь сделать малейшее движение и спугнуть этот момент. Обычно наши поцелуи происходили в полумраке, и мне приходилось брать инициативу в свои руки, буквально заставляя этого упрямого принца перешагнуть через его бесконечные приличия. А сейчас он сам был инициатором. Сам, осознанно и без всякого повода.

Шенли мягко прикоснулся своими губами к моим, на секунду замерев. Я послушно следовала за каждым его мимолётным движением. Чуть прихватив мою нижнюю губу, он подтолкнул меня на себя, и я невольно приоткрыла рот, подаваясь навстречу. Руки по-прежнему висели вдоль тела — я всё ещё опасалась разрушить это хрупкое наваждение. Зато Шенли, кажется, больше не собирался стесняться.

Его вторая рука тоже коснулась моего лица и медленно соскользнула мне на затылок, пальцы уверенно переплелись с волосами. Он бережно, но властно зафиксировал мою голову, перебирая волосы, притягивая меня ещё ближе и углубляя поцелуй.

Когда он мягко скользнул языком внутрь, у меня из груди вырвался судорожный, рваный выдох. В голове панически мелькнула мысль, что я опять всё испортила, но этот тихий звук подействовал на него с точностью до наоборот. Словно получив долгожданное разрешение, Шенли перестал сдерживаться. Его рука скользнула по спине, властно прижимая меня к своей груди. Чуть потянув за волосы, он заставил меня сильнее запрокинуть голову, впуская его.

Боже, что с ним сегодня такое?

Он надёжно удерживал мою голову, целуя с какой-то отчаянной, страстью. Его язык сплетался с моим так настойчиво и жадно, что у меня окончательно закружилась голова. Я даже не заметила, в какой именно момент оказалась лежащей на кровати. Поцелуй не прервался ни на секунду. Обретя наконец свободу движений, я обвила руками его шею, намертво цепляясь за него, желая еще сильнее прижаться к нему.

Его ладонь под моей поясницей требовательно приподняла моё тело, сокращая расстояние между нами, заставляя сквозь тонкий слой одежды чувствовать его жёсткую, богато вышитую верхнюю одежду, пояс с многочисленными подвесками, и от этого я распалялась ещё сильнее.