Книга Не та героиня этой дорамы 3, страница 105 – Дада Смехова

Я протянул руку, собираясь поправить одеяло, и она мгновенно мёртвой хваткой схватилась за мои пальцы. Крепко. Отчаянно. Конечно, я мог бы легко освободить руку, но почему-то именно это осязаемое прикосновение подействовало на неё как лекарство. Горячая влажная ладонь судорожно сжимала мою. Словно я был единственным, последним якорем, что удерживал её в этом мире. И она наконец затихла, выдохнув.

Я сидел неподвижно, боясь потревожить её сон, смотрел на её осунувшееся лицо и впервые в жизни по-настоящему, до зубовного скрежета ненавидел человека, которого никогда не видел.

Кто он? Кем нужно быть, чтобы даже сейчас, находясь на тонкой грани между жизнью и смертью, она рвалась обратно к нему? Что в нём такого особенного? Он красивее меня? Умнее? Сильнее? Или он просто оказался в её жизни раньше?

От последней мысли внутри поднялась такая яростная волна раздражения, что захотелось разнести эту комнату в щепки. Как же это чертовски несправедливо. Я встретил её слишком поздно. Она появилась в моей судьбе, уже мысленно принадлежа кому-то другому.

Нет. Не принадлежа. Фэнфан не из тех, кто может кому-то принадлежать. Именно это злило и восхищало меня одновременно. Её нельзя заставить. Нельзя купить. Нельзя подчинить приказом. Нельзя даже удержать силой, если она сама не захочет остаться.

И всё же…

Я смотрел на её беззащитное лицо и понимал, что готов попытаться.

Боги, какие отвратительные, тёмные мысли рождались сейчас в моей голове.

Найти этого человека. Посмотреть ему в глаза. Убедиться, что он действительно существует. А потом сделать так, чтобы он раз и навсегда исчез из её жизни. Не убить — это было бы слишком просто. Слишком милосердно. Нет. Поступить изощрённее. Забрать у него абсолютно всё, что связывает его с Фэнфан. Каждое её письмо, если они существуют. Каждое общее воспоминание. Каждое место, где они были вместе. Уничтожить любой повод ждать её возвращения. Сделать так, чтобы однажды она проснулась и с ужасом поняла: возвращаться ей больше некуда. Там её никто не ждёт.

Я устало прикрыл глаза, тяжело дыша.

Когда я вообще стал таким человеком? Когда начал хладнокровно думать о том, как отнять чужое счастье? Когда опустился до того, что стал безумно завидовать призраку из совершенно другого, неведомого мира?

Но хуже всего было другое. Где-то глубоко внутри я уже знал ответ. Если бы прямо сейчас появилась возможность оставить её здесь навсегда… Я бы воспользовался ею.

Без колебаний. Без малейших сожалений. Даже отчётливо понимая, что она возненавидит меня за это. Потому что мысль о её самой лютой ненависти причиняла куда меньше боли, чем мысль о её окончательном, бесповоротном уходе.

Я бережно провёл пальцами по её влажным волосам. Она тихо вздохнула во сне. Такая маленькая. Такая хрупкая. И совершенно не подозревающая, какие чудовищные, тёмные мысли прямо сейчас вызывает во мне.

— Не возвращайся… — едва слышно произнёс я. Сам не понимая, сказал это ей или самому себе. — Просто останься.

Пальцы сами собой крепче сжались вокруг её ладони. Словно если отпустить её сейчас, в эту самую секунду, она просто испарится. Растворится в воздухе. Вернётся туда, где её так ждут. Туда, где есть кто-то, кого она отчаянно зовёт даже в бреду.

И в этот момент я впервые понял одну страшную, отрезвляющую вещь. Я больше не хотел, чтобы она была счастлива где-то там. Я хотел, чтобы она была рядом. Со мной. Любой ценой.