Книга Зона Златовласки. Любовь не по уставу, страница 36 – Анастасия Сиалана, Асоль Ари

Это была моя вторая вылазка, вот только ранее мы высаживались на много раз изученный спутник за образцами и то попали в передрягу, а теперь была полностью не изученная ранее никем планета. Это меняло дело.

Варг подошел ко мне, с грохотом проверяя фиксаторы моей штурмовой страховки. У огромного ор'хана было лицо существа, которое заранее, с глубокой вселенской скорбью смирилось с тем, что ему придется тащить меня за шкирку из пасти первого же фиолетового монстра.

— Не геройствуй внизу, мелкая, — мрачно прогудел он, затягивая ремень на моем плече так, что я крякнула.

— Это ты мне сейчас как командир штурмовиков приказываешь, или как гиперопекающий старший брат советуешь? — пропыхтела я.

— Как тот, кто не хочет потом слушать от Данверса многочасовые нотации, если мы потеряем единственного толкового аналитика из-за того, что она решила вблизи понюхать красивый инопланетный куст!

— Я не нюхаю подозрительные цветы на чужих планетах, Варг. У меня диплом по сравнительной ксеноботанике, а не справка о слабоумии.

Он выразительно, с огромным скепсисом приподнял бровь с костяным наростом.

— Ладно, — сдалась я. — Не нюхаю дважды.

— Вот теперь верю.

Шаттл класса «Коготь» стоял на стартовой платформе с распахнутым люком, хищный, матово-черный, похожий на изготовившуюся к прыжку пантеру. В ангаре пахло машинным маслом, железом и терпким предвкушением неизвестности. Я перепроверяла калибровку планшета, когда пространство рядом со мной внезапно уплотнилось.

Каэр появился бесшумно. Боевая черная броня из композитного сплава шла ему еще больше, чем парадный мундир. Она подчеркивала ширину его плеч и делала его похожим на ожившую статую древнего бога войны.

— Вы нервничаете, — констатировал он, глядя на мои подрагивающие пальцы, пытающиеся застегнуть перчатку.

— Это естественно, сэр. Страх перед неизвестностью — базовая эволюционная реакция.

— Держитесь в самом центре группы. Без моего прямого приказа не отходить ни на шаг. Ничего не трогать, не сканировать и не изучать, пока не проведете полный дистанционный био-скан.

Я вскинула голову.

— То есть вы берете меня с собой, чтобы я была вашими глазами, но при этом полностью лишаете меня рабочей инициативы?

— Я беру вас с собой, чтобы вы не сдохли во второй день полевой практики, Аметист, — жестко, с пугающей откровенностью отрезал он.

Он наклонился ко мне так близко, что меня обдало ледяным запахом хвои, а мой нос едва не уткнулся в темный металл его нагрудника. Я судорожно сглотнула, чувствуя, как пульс бьет в горле.

— Приложу все усилия, чтобы не испортить вам статистику выживаемости, сэр.

— Уж постарайтесь.

Слова прозвучали грубо. Но его взгляд... В его светлых, пронзительных глазах было столько затаенного, отчаянного страха за меня, что у меня на секунду перехватило дыхание. И я поняла: он нарушил протокол и пошел на эту планету не ради Вереска. Он пошел туда, потому что не мог отпустить меня одну. А я была жизненно необходима на этой планете, чтобы штурмовая группа не потеряла в численности.

Шаттл оторвался от ангарной палубы с грацией хищной птицы, сбросившей путы. Я сидела, намертво втиснутая в жесткое десантное кресло между массивным бедром Варга и хрупкой фигурой полевого медика. Сквозь толстое стекло бокового иллюминатора было видно, как гигантский, сверкающий огнями корпус «Гелиоса-9» стремительно остается позади, растворяясь на фоне звездной черноты, а Вереск надвигается на нас бескрайним, завораживающим лиловым океаном.