Книга Спецзадание "Выйти замуж", страница 113 – Асоль Ари

Я остановилась, привалившись спиной к шершавому стволу огромного папоротникового дерева, и сползла по нему вниз. Больше никакой дополненной реальности. Никаких сканеров движения. Никаких подсказок о температуре тела или пульсе. Я осталась один на один со своей животной сутью и джунглями, которые только начали просыпаться.

С наступлением темноты лес изменился. Стволы деревьев покрылись биолюминесцентным свечением: бледно-голубым и ядовито-зеленым. В кронах зашуршало, раздались низкие, гортанные крики местных обитателей.

Я провела рукой по расцарапанной щеке. Кровь запеклась, но для хищника, идущего по следу, я всё еще пахла, как открытая рана. И Халидан шел за мной. Я чувствовала это не разумом, а кожей. Ощущение надвигающейся, неумолимой угрозы давило на затылок.

Бежать дальше не имело смысла. В темноте, без навигации, я просто сломаю ногу в корнях или провалюсь в кислотное болото. Нужно было менять тактику. Охотник должен стать дичью, а дичь — капканом.

Я огляделась. Дерево, под которым я сидела, росло на краю узкого каменного распадка. С двух сторон возвышались гладкие, влажные скалы. Идеальное бутылочное горлышко.

Я достала бластер. Индикатор заряда мигал красным, выстрел в землю у ручья сожрал почти всю энергию, а без Фаро я не могла перекалибровать ячейку для стрельбы. Зато я могла сделать кое-что похуже.

Сцепив зубы, я вскрыла рукоять и вытащила плазменную батарею. Если замкнуть контакты и бросить её, взрыв будет эквивалентен осколочной гранате, только с температурой в тысячу градусов.

Я зарыла батарею в мягкий мох на самом узком участке тропы, оставив снаружи только тонкие проводки контактов. Замаскировала всё грязью и листьями. Затем вытащила сиамский кинжал, сжала его в здоровой левой руке и бесшумно вскарабкалась на скалистый карниз в трех метрах над землей, скрывшись за густой завесой свисающего мха.

Ждать пришлось недолго.

Примерно через полчаса ночной хор джунглей внезапно смолк. Словно кто-то нажал на невидимый переключатель. Ни шороха. Ни писка. Мои ноздри расширились, улавливая в терпком запахе гнили и зелени едва заметную нотку сандала и крови. Его крови.

Халидан появился на тропе совершенно беззвучно. Он шел не крадучись, а с уверенностью абсолютного хозяина этих мест. Свет биолюминесцентных грибов выхватил из мрака его высокую, атлетичную фигуру. Темная ткань на его предплечье поблескивала от влаги — порез всё еще кровил, но Владыку это, казалось, совершенно не волновало.

Он остановился ровно в трех метрах от моей импровизированной мины.

Я затаила дыхание. Сердце билось где-то в горле. «Сделай еще два шага. Давай же. Два шага».

Халидан медленно поднял голову. Его льдистые глаза, казавшиеся в темноте почти белыми, безошибочно впились в ту точку на карнизе, где пряталась я.

— Твой пульс стучит так громко, что распугал местных птиц, Клеопатра, — его бархатный голос окутал меня, заставляя волоски на загривке встать дыбом. — А эта кустарная мина из бластерной батареи? Для кого она? Для меня или для тех тварей, что ползут у тебя за спиной?

Меня словно ударило током. Моя животная часть среагировала за долю секунды до того, как мозг осознал смысл его слов.

Над моей головой раздался утробный, шипящий звук. Я резко запрокинула голову. По отвесной скале, прямо надо мной, спускалось нечто невообразимо мерзкое. Это была массивная, шестилапая тварь, напоминающая помесь паука и варана. Её пасть была усеяна рядами игловидных зубов, а с жвал капала едкая слюна, прожигающая камень с тихим шипением.