Книга Холодное пламя, страница 56 – Мари Милас

— Почему ты ничего не сказала?

Я открываю рот, но не нахожу слов.

Потому что не хотела, чтобы ты потерял ко мне интерес. Потому что я ждала этого злополучного молока, лишь бы погреться в лучах твоего внимания.

Глупая Лили.

Я ничего не говорю, Марк качает головой, а затем достает из ящика стола мой любимый мармелад.

— Приготовил на вечер… Но думаю, прямо сейчас это тебе необходимо.

Он выходит за дверь и оставляет меня с кучей вопросов, теплотой в душе и мармеладом в руках.

Возможно, Марк Саммерс слишком сильно пленит меня как мужчина, но он усердно прокладывает дорогу в мое сердце, как друг.

Самый сексуальный друг на свете.

* * *

— Никогда не думала, что пожарная часть похожа на полноценный дом, – говорю я.

Спустя время Томас заглянул в кабинет пыток и повел меня на экскурсию.

— Мы проводим тут целые сутки, поэтому да, здесь есть все необходимое для жизни. – Кивает он, когда мы выходим из мини-спальни. – Кухня, комнаты отдыха, игровые, спортзал. Это все помогает нам… расслабиться? Иногда смены бывают ужасно тяжелыми.

Когда мы заходим в кухню, совмещенную с мини-гостиной, Томас останавливается около большой пробковой доски.

— Тут у нас что-то типа доски достижений, воспоминаний и прочей сентиментальной хрени, которую так любит Гарри, – Он издает смешок, указывая на фотографию Гарри, где он в грязной пожарной форме обнимает двух огромный лабрадоров на фоне полностью разрушенного и сгоревшего дома. – Он спас этих собак из подвала. Хозяин напился и закрыл их там. Случился пожар, этот идиот успел спасти свою задницу, вызвать спасателей, но ни слова не сказал о животных.

— Урод, – бормочу я.

— Гарри забрал этих собак себе. В тот день он кричал, что наконец-то стал отцом.

Я смеюсь и восхищаюсь позитивом этих людей. На многих фото они все покрыты сажей, позади них разрушенные здания или обгоревшие леса, но они улыбаются так, словно обманули эту жизнь. Возможно, в каком-то роде так и есть.

Не могу представить, каково это – войти в горящее здание, когда все из него бегут.

Я просматриваю множество снимков и мой взгляд цепляется за самую дальнюю фотографию, спрятанную в углу. Протягиваю руку и слегка поворачиваю ее, чтобы рассмотреть.

Слишком юный Марк, некоторые парни из команды и их семьи стоят около пожарной станции. На фотографии много людей, но я узнаю маленькую Мию и Томаса. Рядом с ними мальчик, видимо, их младший брат Люк. Он кривляется и тянет сестру за волосы.

Не нужен тест ДНК, чтобы найти мистера и миссис Саммерс. Их дети похожи на них, как капли воды. Те же темные волосы, смуглая кожа и ослепительные улыбки.

Даже Марк улыбается… потому что смотрит на миниатюрную блондинку, которую обнимает так крепко, словно боится, что она исчезнет.

Я ненароком прижимаю руку к груди, где начинает разрастаться странная боль. Еще ни разу на лице Марка не было такой улыбки, как на этой фотографии.

Улыбался ли он вообще хоть раз мне? Я понимаю, что у меня в груди на самом деле не боль, а вспыхнувшая зависть и… ревность.

Кем бы ни была эта девушка, она делала Марка Саммерса счастливым. Я же раздражаю его семь дней в неделю.

— Кто она? – Мне не удается проглотить свой вопрос. – Кто эта девушка рядом с Марком? Они выглядят счастливыми.

Томас замирает. Точно так же, как замирает Марк, когда я спрашиваю про дом.