Книга Холодное пламя, страница 153 – Мари Милас

Я киваю, Марк расправляют плечи, а Ричард наклоняется вперед, будто ему крайне важно услышать все беременные подробности.

— Лили, у тебя обезвоживание, поэтому я рекомендую остаться в больнице до утра. Сильный токсикоз не страшен на раннем сроке, намного опаснее то, что у тебя было небольшое кровотечение. Такое бывает, и хорошо, что мы незамедлительно смогли тебя осмотреть и предотвратить возможные риски.

Марк вытирает пот со лба, а я слегка дрожу при мысли о потере ребенка, с которым еще не успела толком познакомиться.

— Не пугайтесь, – доктор Митчелл наливает воду в стакан и протягивает мне, – все будет в порядке, если вы будете беречь себя.

— Будем, – отвечают Марк с Ричардом в унисон, хотя обращались ко мне.

Они переглядываются и замолкают.

— Я думаю, что просто очень устала и перенервничала за последние сутки.

Это действительно был спринтерский забег с препятствиями.

— Прошу вас воздержаться от физических нагрузок, стресса, людных мест во избежание инфекций и перелетов. По крайней мере, в первый триместр. – Продолжает доктор Митчелл и параллельно записывает рекомендации. – Также в ближайшие недели стоит ограничить половую активность, как бы сильно этого ни хотелось… – Он бросает на Марка строгий взгляд. – Это на вашем контроле, потому что женщина под влиянием гормонов бывает слегка возбуждена.

— Так, пожалуй, на этом моменте я пойду, – откашливается Ричард и встает. Он направляется к двери и на мгновение останавливается, чтобы посмотреть на меня с легкой улыбкой.

— Поздравляю.

— Спасибо.

Ричард сводит брови, обдумывая следующие слова, но так ничего и не говоря, направляется к двери.

— Ричард? – окликаю его.

Он бросает на меня взгляд через плечо.

— Спасибо, что был мне другом и поймал. Как насчет того, чтобы делать это дальше?

— Всегда, – тихо отвечает он.

Его лицо пересекает тень сожаления, вины и беспросветной грусти.

Ему многое нужно обдумать и со многим смириться, но так или иначе, мы останемся в жизни друг друга. А кем именно, покажет время. К счастью, теперь мы никуда не торопимся и не бежим.

Доктор Митчелл дает нам последние рекомендации и уходит.

Когда мы остаемся с Марком одни, меня начинает клонить в сон, хотя во мне полно эмоций, которыми хочется поделиться.

— Ты не жалеешь о том, что все случилось слишком быстро? – спрашиваю я, переворачиваясь на бок.

Марк подносит мою руку к губам и оставляет поцелуй, который согревает мои холодные пальцы.

— Я не сожалею ни о чем, что связано с тобой. И к тому же, я не молодею, сама говоришь, что у меня уже морщины. Не хочу быть папой, который похож на дедушку.

Я усмехаюсь и прикрываю глаза, потихоньку погружаясь в сон.

— Элла и Рид завопят от счастья.

— О да, они определенно сделают это.

Тишина окутывает нас, как пуховое одеяло. Марк поглаживает костяшки моих пальцев и тихо говорит:

— Ты не попадешь на чемпионат.

Я открываю глаза лишь на секунду, чтобы увидеть эмоцию на его лице. Он как обычно хмурится.

— Мне не жаль. Я уже выиграла в этой жизни все, что могла. Последняя награда будет в моих руках через девять месяцев.

Это правда. Я не помню, когда в последний раз думала об этом чемпионате, как о чем-то важном, а не удручающем или очередной зарубке на столбике своих достижений. Всю жизнь мне хотелось что-то кому-то доказать, быть лучшей, привлечь внимание. Однако, когда меня полюбил человек, перед которым я могу быть просто Лили, девочкой, потерявшей себя множество раз, я поняла, что ни кубки, ни золотые медали, ни внимание судей не сделают меня счастливой.