Книга Холодное пламя, страница 138 – Мари Милас

Я глубоко вдыхаю через нос, а затем еле слышно произношу:

— Я.

— Громче, – почти рычит Марк. Передо мной сейчас не тот мягкий и пушистый мужчина в аэропорту. – Скажи громче. Чтобы тебя, черт возьми, услышала вся Монтана. Чтобы не только ты, но и каждый знал, что ты моя. Чтобы каждый знал, что я люблю тебя. Чтобы ни единая душа никогда в этом не сомневалась.

— Я! Я твоя, – громко и уверенно отвечаю я.

— Никогда не забывай это.

Глаза Марка темнеют, руки скользят по моим ребрам, и даже через ткань футболки прикосновение заставляет меня покрыться мурашками. Наши губы сталкиваются, и можно почувствовать, как вспыхивает искра, как если бы разводили огонь. Весь мир остается за пределами нашего маленького пространства, а мы греемся в теплом свечении, которое излучают наши сердца, громко бьющиеся в унисон.

Руки Марка накрывают мою голову, зарываясь в волосы и притягивая меня ближе. Хотя кажется мы уже вросли в друг друга. Я отстраняюсь лишь на мгновение, чтобы стянуть с него футболку. Мое дыхание такое прерывистое, что у меня кружится голова. С губ Марка срывается стон, когда я очерчиваю холодными руками его ребра, косые мышцы пресса и достигаю пряжки ремня. Мое дикое сердце смягчает ритм лишь на секунду, когда мы освобождаем друг друга от одежды, а затем вновь летит галопом, ударяясь о мозолистую горячую ладонь, накрывшую голую грудь.

Волны озноба накрывают нас снова и снова. Мы дрожим от страсти вперемешку с трепетом, распаляющим нас изнутри.

Я обхватываю член Марка рукой и слегка приподнимаюсь на коленях, чтобы затем резко опуститься с совершенно грязным хлопком. Этот звук заставляет нас трястись от череды эмоций и сдерживаемой похоти, отражающейся в наших глазах, как в зеркалах.

— Не сдерживайся, капитан, – это последнее, что я шепчу, перед тем как Марк затыкает мне рот жгучим поцелуем. Он приподнимает меня за ягодицы, сжимая их в мертвой хватке, и подается бедрами вверх с такой силой, что у меня немеют ноги.

Тепло внизу живота обжигающее и тягучее, оно с каждой секундой все больше разливается между ног. Мои глаза закатываются, ногти впиваются в плечи Марка, оставляя алые полосы.

Вибрация проходит через наши тела, эмоции бурлят и находят выход в прикосновениях, стонах и хриплом шепоте:

— Я люблю тебя.

Мы говорим эти слова в один голос. Искренность и чистота этого признания, заставляет сердце замереть, хотя оно звучит не в первый раз. Но думаю, с этим мужчиной я всегда ощущаю каждую эмоцию, как новую. Каждое чувство, как долгожданное.

Марк обжигает мою шею влажным поцелуем и сжимает сосок. Я вскрикиваю и содрогаюсь в его руках, пока перед глазами вспыхивают языки пламени, сжигающие меня дотла.

Я опускаюсь на Марка в последний раз, и он пульсирует внутри меня, дрожа всем телом. Мы прижимаемся друг к другу влажными от пота телами и восстанавливаем дыхание.

Повернув голову, вижу, что стекла машины запотели. Я хватаю руку Марка и оставляю на окне след наших ладоней.

— Как в Титанике, – хихикаю я.

— Надеюсь, ты подвинешься и пустишь меня на эту чертову дверь.

* * *

Веки трепещут, когда Марк приятно массирует мою голову. Мы перебрались на заднее сиденье и лежим в ужасно странной и неудобной позе, но, кажется, нам плевать. Сейчас мы настолько расслабленные и умиротворенные, что даже если произойдет землетрясение, нас навряд ли это потревожит.