Книга Зажигая звезды, страница 167 – Мари Милас

Да и вообще все детство балет казался таким близким и таким далеким одновременно. Я каждый день танцевала, но представить свое будущее на сцене не могла. И вот я здесь, вдыхаю воздух, пропитанный историей, стою на сцене и повторяю последнюю партию. Не последнюю, а крайнюю. Потому что балет не уйдет из моей жизни никогда, я просто буду в новом его амплуа.

— Аннабель, прости меня, я ужасная вредина. – Валери обнимает меня за талию со спины, когда мы стоим за кулисами. Шум в зале постепенно стихает, зрители уже сидят на своих местах.

— Я не обижаюсь на тебя. Мне показалось, тебе нужно время. Я люблю тебя и очень переживаю. Не делай так больше, договорились? – шепчу я, обнимая ее руки на своей талии.

Она целует меня в щеку и перед тем, как занять свою позицию, шепчет:

— Иногда другие люди имеют слишком сильную власть над нами. Ты знаешь это лучше других.

Я киваю, потому что это правда. Почему-то мы позволяем руководить собой, позволяем токсичности и агрессии, которых мы не заслуживаем, уничтожать нас изнутри. Стараемся до последнего верить в лучшее. Любить без оглядки. Но кому от этого лучше? Точно не нам.

Я благодарна жизни за все. За все уроки, ошибки и травмы. Я с улыбкой встречаю слово «недостаточно», потому что его больше нет в моем списке триггеров. Потому что он больше не влияет на меня.

Кулисы открываются, и сердце уходит в пятки. Софиты ослепляют, но я знаю, где находится моя точка силы, которую я не должна терять. Прямо по центру, в ложе, которая стала для нас новым началом.

Случайность или судьба? На этот вопрос я никогда не смогу ответить. Но мне точно известно, что ни одна история любви не идеальна. Не одинакова. И не без потерь и сожалений. Наша история получилась по-своему прекрасной. И мы будем помнить ее всегда.

На свете так мало людей, которые как ключ подходят к нашему замку. Ни одна копия или второй экземпляр не смогут заменить оригинал и повернуть механизм с легкостью. Если вы потеряли ключ, то найдите его – чего бы вам это ни стоило.

Леви Кеннет не отрывает от меня глаз на протяжении всего балета «Дон Кихот». А я не теряю его.

Все студенты отлично отыгрывают свои роли. Моя улыбка не сходит во время партии Валери: она прекрасна со своими яркими волосами, которые освещают зал лучше, чем софиты.

Лиам заканчивает свою одиночную партию, и остаются считаные секунды до моего выхода с финальными фуэте. Из оркестровой ямы звучит Людвиг Минкус, запуская адреналин по всему телу, начиная с кончиков волос и заканчивая пальцами.

Первые десять вращений совершаются с легкостью пера. Я удерживаю взгляд Леви, и новый приток силы вливается в вены. Вторые десять вращений кажутся приливом эндорфинов. Я смотрю ему в глаза и вижу восхищение, выстреливающее мне в солнечное сплетение. Любить этого мужчину подобно идеальному фуэте – кружит голову с неимоверной силой, но ты продолжаешь твердо стоять на ногах с энергией в каждой клетке.

Тридцать вращений, и мой взгляд притягивает другая всепоглощающая сила. Овации звучат в зале на каждый мой взмах ногой, заглушая простреливающую боль в колене. Глаза находят источник магнетизма в конце зала.

Моя семья. В полном составе.

Слезы наворачиваются на глазах, смываемые вихрем воздуха вокруг. Я должна была дрогнуть, ослабнуть, но выполненное тридцать второе вращение ошеломляет даже меня. Овации не прекращаются, но я слышу лишь единственные из них. Моего отца, папы. На его лице выражение, которое мне не приходилось видеть никогда. Гордость.