Книга Опалённая жизнь, страница 123 – Мари Милас

Я обвожу языком кончик члена, ощущая вкус возбуждения Гарри. Наши стоны

разрывают воздух. Моя рука опускается по бархатистой коже и касается ладони Гарри. Переплетя

наши пальцы, я посасываю член и потираю бедра друг о друга.

— Подними платье, — командует Гарри, уже снимая тонкие бретели с моих плеч и

опуская ткань до талии.

Мои соски такие чувствительные, что даже легкое дуновение воздуха вызывает в

теле дрожь. Гарри накрывает ладонью мою грудь, пока я задираю платье, показывая ему, как

возбуждена. Рот опускается по его члену, а руки ложатся на крепкую задницу. Мне нужно, чтобы

он был ближе. Был в каждой клетке меня.

Я постанываю, когда обвожу языком член, вбирая его глубже.

— Тебе так нравится это, не так ли? — пальцы Гарри пощипывают мой сосок, и мои

глаза закатываются. — Можешь не отвечать, я знаю, что нравится.

Он рывком поднимает меня за руки и, оттеснив к столу, усаживает на него. Я

раздвигаю ноги, сразу же обхватывая его талию. Гарри стягивает с меня платье, а я опускаю

его штаны. Мы полностью избавляемся от одежды так быстро, что могли бы поучаствовать в

каком-то соревновании.

— Я хочу тебя, — в моем тоне слышится мольба, когда Гарри целует мою шею и

опускается к груди. Его пальцы поглаживают клитор, заставляя меня издавать отчаянные звуки.

— Пожалуйста, трахни меня, Гаррисон.

— У меня нет презерватива.

— И ты вспомнил об этом, когда мы уже голые? — я хочу ударить его от

разочарования, но потом, посмотрев в его глаза, говорю: — Я доверяю тебе больше, чем любому

человеку, который когда-либо прикасался ко мне. Я чиста, и у меня стоит спираль.

После неожиданной беременности я была готова повесить на госпожу Виолетту

амбарный замок, но обошлась чем-то более приземленным.

Гарри соприкасается со мной лбом, и восстановив дыхание, говорит:

— Я тоже чист. У меня никого не было с того дня, как я заново родился.

Мы оба понимаем, о чем он. С того момента, как он вышел из комы, прошло два

года. Мое сердце готово разорваться от мысли, что я первая женщина, которая прикасается к

нему. К новому ему.

— Тогда раздели свой первый раз со мной, — шепчу я ему в губы.

Я давно не девственник, но именно таким ощущаю себя для нее. Одним взглядом,

одним прикосновением и дыханием напротив губ Лола стирает с моего тела всех, кто когда-либо

касался его.

Подушечкой большого пальца я мягкими кругами ласкаю ее клитор, а другой рукой

направляю член. Он медленно входит в жар, запуская рой мурашек по нашим телам. Лола

задерживает дыхание, и мои колени подкашиваются от власти этой женщины надо мной.

Я толкаюсь в нее сильнее, и тонкие пальцы сжимают мои плечи. Это впервые

вызывает настолько приятные ощущения. Впервые я хочу приказать Лоле прикоснуться к каждому

дюйму моей спины.

Зрительный контакт между нами похож на наэлектризованный провод. Если его

перерезать, то свет покинет весь город. Я резко выдыхаю, когда задерживаюсь внутри нее на

мгновение, чтобы дать нам время осознать все происходящее.

Годы одиночества проносятся у меня перед глазами. Все годы, что я желал только

ее.

— Чертовски надеюсь, что я не сплю, — я скольжу губами по ее виску. — Потому что

раньше такое было возможно только во снах.

— Надеюсь, во всех твоих снах я была в клубничных трусиках.