Книга Его личная звезда. Дилогия, страница 41 – Марина Кистяева

Какой отец пожелает единственному сыну в жены дочь предателей?

Правильно, ни один отец не допустит такого позорного мезальянса.

Ирида прикрыла глаза на секунду, а распахнув их, потянулась за вином. Нет, всё же правильно, что Кирилл его налил. Расслабиться ей действительно не помешает. Не так горько будет принимать правду жизни.

А завтра... будет завтра.

— Наверное, он не порадовался за тебя? - глухо отозвалась Ирида после того, как осушила половину бокала.

Кир задорно хмыкнул.

— Отчего же. Он изначально знал, с кем я встречаюсь. И ты ему понравилась с первого взгляда. Как и мне.

Рука, державшая тонкую ножку бокала, замерла. Как не разжались пальцы - не понятно.

Сердце остановилось. На жалкие секунды оно перестало биться. И глаза Ириды стремительно наполнились слезами.

— Понравилась? - выдавила она из себя.

Слова Кира доходили до неё с трудом, в замедленном действии, словно их прогоняли через невидимо сито. Она думала, что он пригласил её в дорогой ресторан, чтобы скрасить горечь расставания и собственного предательства. Но так ли это?

— Ты не можешь не нравиться, Ирида, - Кир подался к ней, крепче сжав узкую девичью ладонь. Его глаза излучали тепло, а губы дарили утраченную надежду. - Ты милая. Очаровательная. Добрая. Не меркантильная. Доверчивая, что для меня так же не маловажно. Не люблю озлобленных людей, вечно ищущих в других недостатки и смотрящих исподлобья на весь мир. От твоей улыбки я теряю волю и разум. Как только вижу тебя - так хочу моментально заключить в объятия и не отпускать уже никуда. Ирида, ты не думай, я прекрасно понимал и понимаю, какому риску подвергаю тебя, когда занимаюсь с тобой любовью. Но я не могу удержаться. Не могу. Прости меня за это, любимая. И ещё... Я же не зря тебе сказал, что во мне течет кровь белонцев. Отец сейчас находится в командировке, вырваться никак не может, и прилетит на Аром двадцать пятого, за четыре дня до твоего дня рождения. Именно по этой причине я тебе сказал, что не могу поставить метку ни сегодня, ни завтра. Я должен поставить её в присутствии отца. И поставлю. Эй, ты чего плачешь? А ну, прекрати! Ирида, малышка, прекрати... Ну, пожалуйста... И вот ещё что. Чтобы отгородить тебя от притязаний латунцев и уберечь от насмешек других девушек, да и молодых мужчин... - он не договорил, полез в карман брюк и достал оттуда серебристую бархатную коробочку. Открыл её и продолжил: - Ирида, ты выйдешь за меня замуж? Станешь моей официальной невестой? Позволишь мне с сегодняшнего дня и впредь оберегать тебя? Дать тебе защиту и кров? Я прошу тебя стать моей женой. И очень надеюсь услышать "да"!

Он держал раскрытую коробочку, где на бархатной подложке лежало кольцо с голубым камнем.

Сапфир в оправе из белого золота. Кусочек неба, плененный изысканным металлом. Знак его серьезных намерений.

Опровержение тем доводам, что приводили Ириде окружающие.

Сама же Ирида переводила взгляд с кольца на лицо Кира и не замечала, как слезы, взявшиеся из ниоткуда, струятся по ее щекам. Не замечала она и того, что волна облегчения затопила её, отринув на задний план столь долго собиравшееся напряжение. Все те слухи, что витали в воздухе вокруг неё, все перешептывания за спиной, косые взгляды - всё осталось в прошлом.

Был только любимой человек и его слова.