Книга Страж. Дилогия, страница 54 – Марина Кистяева

Когда Алина попыталась чуть сдвинуться - захват рук тотчас усилился. Возможно, ещё вчера она расценила бы этот жест, как проявление ограничения. Сегодня - как не желание её отпускать. Ни на секунду.

И снова в девушке что-то дрогнуло. Проснулось. Нечто темное. Первобытное. О существовании чего она и не подозревала.

— Хочу, чтобы ты снял джинсы, - наклонив вперед часть корпуса, прошептала Алина и, поддавшись шалости, укусила Германа за мочку. Мужчина дернулся. Взгляд стал совсем безумным.

— Если не хочешь, чтобы я разложил тебя разом - не кусай. Не буди во мне зверя, - рыкнул мужчина и ловко пересадил её с себя.

И очень быстро разделся. Как не порвал одежду - непонятно.

Алина тоже не бездействовала. Внезапно поняла, что платье, застрявшее у неё на талии, доставляет дискомфорт коже. Прочь платье и трусики.

Когда Алина полностью разделась, удобно устроившись на коленях, услышала:

— Хочу на тебя посмотреть, - решительно, даже резко и торопливое добавление, куда более мягкое: - Можно?

Что он хочет посмотреть, Алина даже не поняла - почувствовала.

Краснея и чихвостя, на чем свет стоит свою природную стеснительность, села. Поставила ступни на край дивана. Развела ноги.

А вот закрывать глаза не стала.

Она хотела видеть лицо Германа.

Да, определенно, хотела.

И зрелище было завораживающим.

Мужчина, что в комплекции превосходил всех её знакомых, что привык сражаться и выбирать кардинальные меры воздействия, замер. Взгляд его черных глаз как остановился на нежно-розовом лоне, доступном для обозрения, так и перестал двигаться. Время, казалось, остановилось. Да и сама Алина замерла, боясь пошевелиться.

Тишина в квартире оглушала. Но не давила.

Лишь резкое, прерывистое мужское дыхание нарушило его.

Герман по направлению к ней сделал шаг. Потом ещё один.

Опустился на корточки. Аккурат напротив её разведенных ног.

Поднял руку и дотронулся до складочек.

— Влажная.

У Алины всё оборвалось внутри.

Всё.

Девушка закрыла глаза и безвольно откинулась на спинку дивана. Пусть, что хочет, то и делает...

Лишь бы делал.

Провел пальцем ещё один раз. И ещё. Прочертил влажную дорожку до коротких, аккуратно постриженных волосков.

— Хорошо, что не сбриваешь всё.

Алину точно током прошибло.

Вот что он творит?

Или что, проклятье, творится с ней?

Доводы разума затерялись где-то окончательно.

Плевать, что между ней и этим бугаем всё очень сложно. Плевать.

Разберутся потом. Конечно, разберутся, куда они на фиг денутся.

У Германа, видимо, закончилась выдержка. Потому что он аккуратно - да, черт возьми, аккуратно, - поднял девушку, чтобы уложить её на спину.

Самому же - нависнуть.

Лицо к лицу.

Глаза в глаза.

— Красивая.

Алина закрыла глаза, не в силах дальше думать.

Лишь чувствовать. Его жар. Его тело. Его мощь.

Его.

— Моя.

книга 2. глава 7

Глава 7

Она кончила. Бурно. Крича.

Потом Алине даже было немного стыдно. Так не должно быть! У неё к Герману лишь отрицательные чувства, никаких симпатий, а извивается под ним и кричит, как влюбленная дурочка.

Пришлось одернуть себя. Не стоит накручивать и усложнять. Они - взрослые люди. И то, что произошло с ней на диване в квартире, в которую ей предстоит переехать в ближайшее время, отдельная история.

Дело не в ней.

Дело в Германе.

В его отношении к ней.