Книга Страж. Дилогия, страница 28 – Марина Кистяева

— Разве так благодарят?

Черные глаза окончательно заполонила тьма, та, что соблазняет, предвкушает, ожидает и гневно колышется от нетерпения.

Алина поняла его. Облизнула пересохшие, искусанные ею и им губы. С легким удивлением отменив, что внизу живота появилась странная тяжесть. Ещё одна нелепость сегодняшнего дня?

Он дрался за неё... Как в книгах, которые она читала. Как в фильмах, что смотрели с подругами в девичестве и тайно вздыхали над поступками героев, восхищаясь самим фактом того, что за девушку проливали кровь. В их современном мире, когда многие мужчины кардинально изменились, им проще было уйти в сторону, чем отстаивать свою любовь и свою девушку. Доступных лапуль много, своя шкура - одна.

Она кое-как разлепила руки на затекшем теле и сменила положение - встала на колени. И больше не поднимая головы, не желая видеть его лица, приблизилась к нему. Её голова оказалась напротив выпуклости в штанах. Лишь услышала, как и у Германа вырвался воздух из груди.

Она подняла руки и распутала шнуровку. Потянула вниз штаны. И не удивилась, когда эрегированный член высвободился из них.

Алина не подняла глаз. Зря. Иначе бы увидела, как на лице Германа появилось странное выражение. Как он застыл в напряжении, жадно наблюдая за ней.

Алина точно знала, как именно будет его благодарить.

Как благодарили сотни тысяч женщин до неё и будут после...

Её губы осторожно приблизились к розовой головке и накрыли её.

книга 1. глава 8

8

Последнее, что Алина помнила, прежде чем погрузиться в крепкий сон, это как Герман подхватывает её и несет на кровать. Всё. Дальше темнота. Убаюканная теплотой его рук, девушка уснула очень быстро, даже не поужинав. Проснувшись же, натянула на плечи простыню и окончательно решила, что она сошла с ума.

Они снова были в Убежище. В том самом, откуда всё и началось. Те же бревенчатые стены без окон, тот же стол, та же скамья с выделанными шкурами у противоположной стены.

Да что же это такое...

Неужели разум, не выдержав испытаний, всё же покинул её, оставив беззащитную наедине с кошмарами, воображаемыми и реальными? Как отличить выдуманное от настоящего? Где правда, а где иллюзия?

Готовая расплакаться, Алина села на кровати, продолжая удерживать покрывало. Прислушалась. Тишина. Германа нигде не было.

Заставила себя встать и только тогда увидела на столе накрытый крышкой поднос. Подойти или оставить, как есть? Живот, словно почувствовав возможное наличие пищи, жалобно, но довольно требовательно заурчал.

Ладно, пусть она сошла с ума, но она будет сытой сумасшедшей.

Завязав на груди узел - одежды в обозримом пространстве не наблюдалось - Алина подошла к столу и подняла крышку. Отбивное, хорошо прожаренное мясо, сыр и нарезанные овощи. Невысокий кувшин с молоком. Как же вкусно...

Больше Алина не колебалась. Порывисто отодвинула стул, села, схватила пальцами первый кусок мяса и принялась интенсивно пережевывать его, едва ли не постанывая вслух от наслаждения. Запила молоком. Не слишком изысканный завтрак, зато сытный.

— Проголодалась?

На этот раз Алина всё же вскрикнула и выронила кусок сыра из рук. Она даже не стала оборачиваться, лишь схватилась за сердце. Будь это другой мужчина, она тотчас набросилась бы на него с упреком, мол, какого лешего он подкрадывается к ней незаметно. Другой, но не Герман. Она по-прежнему его опасалась и относилась с осторожностью.