Книга Право на нас, страница 80 – Марина Кистяева

Николай. Первый, кто кидался в замес. Тот самый парень с повышенным чувством справедливости.

И Леонид. Которого никогда не надо было звать. Он сам приходил, зачастую видя то, что другие заметят через несколько дней, а то и вовсе пропустят мимо.

Его четверка. Те, с которыми он рос, которых знал, как себя своего.

Его четверка. Те, с которыми он рос, которых знал, как себя самого.

Всегда вместе. По жизни идущие одной дорогой.

— Вы со мной, парни? - Даров сглотнул.

Одно дело - интернат. Война... Другое - реал. Тут всё иначе. Здесь другие законы.

Колян хмыкнул и вгрызся в кусок.

— Тут такой замес начинается, а мы типа в сторонке должны постоять? Не жирно ли будет?

По венам потекло тепло. И с вискарем это тепло никак не было связано.

— Я не ебу, что мне предложит Варанов. Что он задумал.

— А ты в курсе, кем был его отец? - это Николай.

— Вор в законе.

-Твой дед...

— Заткнись.

— Ну а что? Не, я сейчас серьезно. Реально. Мы много мозговали, думая, почему ты -наследник империи Барановых...

— Повторяю - заткнись.

Его угрозы никто не воспринимал всерьез. Не только он знал своих парней.

— Не будешь же ты отрицать, что Барановы - сила. Я глянул инфу, что творилось тут двадцать лет назад и знатно прифигел. - Леня отправил в рот дольку огурца, не успевшую покрыться морозцем. - Причем, заметь, пришлось шариться по библиотекам, рыскать в печатных изданиях, потому что, как оказалось, инет помнит не всё. Точнее, не всё освещал в те годы.

— Или кто-то подчищал...

— Ну да. Или кто-то подчищал. Короче, тут знатный передел был. Твой дед делил территорию с другими бандитами. Не хило они так...повоевали.

Богдан покачал головой. Меньше всего ему нравилась тема бандитских разборок. За власть платили кровью пацанов. Сколько молодых полегло в те годы? И не только молодых.

Сейчас времена другие. Большинство вопросов решаются цивилизованным образом.

Но он и его парни каком боком ко всему этому?

Башка шла кругом. Богдан реально не понимал.

— И у меня мысль была - не потому ли тебя в интернат сунули? - Лёня упрямо продолжал гнуть свою линию.

— Вот ты душнила. Может, потом расскажешь ху из ху? - его толкнул Андрюха.

— Могу и потом. Но против фактов не попрешь. Мы должны понимать с кем имеем дело.

Мы...

Душу снова согрела теплота.

Он дома.

И это, черт побери, круто.

Они пили, ели, говорили. Даже совсем не мерзли. Их никто не беспокоил.

Ближе к вечеру они перебрались в дом, засели в гостиной, врубили плазму.

Перекидывались шуточками, заказали ещё еды на вынос.

— Лопнешь, деточкаИ- крикнул Андрюха Деме, когда тот диктовал оператору заказ.

Лёня был абсолютно прав. Он проделал неплохую работу. Но Богдан не сомневался - ему дали узнать лишь то, что полагалось.

В отношении Варанова, которого батей не поворачивался язык назвать, у него было двояко. Хотелось, суке, вдарить. В асфальт закатать.

Было и другое. Более непонятные, сложные чувства.

Первым к себе в комнату ушел Богдан. Долго стоял под душем, меняя градус воды.

Когда вышел, упал на кровать.

Ни о чем не думать.

Ни о ком.

Решать вопросы начнет завтра.

Было за полночь, когда в дверь постучали.

— Бога, разговор есть, - в комнату вошел Демьян.

-Давай.

— Ты мне скажи... Я должен знать, - друг всверлил в него взгляд. - Ты тронул Рыжулю? Богдану не надо было уточнять, что имел в виду Демьян.