Книга Сын маминой подруги, страница 49 – Марина Кистяева

Которые были уже не просто мокрыми.

Дарина не могла припомнить, чтобы собственная похоть настолько подчиняла её.

— Полетаем, хорошая? — хрипло выдал Адам.

Прежде чем она успела что-то ответить, он подался вперед, подхватывая её на руки.

Дарина вскрикнула и тотчас обвила ногами его торс, вцепившись пальцами в его плечи. Он понёс её по комнате. Шаг. Ещё шаг. В висках барабанил пульс.

Дарина точно в лихорадочном бреду прижималась к нему, целовала его шею.

Он остановился у кровати. Дарина лишь мельком отметила, какая та большая. Ну, да. Траходром. Всё, как и полагается в домах отдыха.

А дальше её опустили поверх матраса.

И в следующее мгновение Адам уже был сверху, нависая тяжелой тенью. Его вес придавил её. Адам смотрел на неё сверху вниз, и в его глазах она видела ту же бурю, что бушевала в ней.

Они совпали. Здесь и сейчас.

Он точно пригвоздил её не только своим весом. Но и своей похотью. Своим желанием. И это… будоражило. Выносило на новый уровень эмоций. В этом было нечто прекрасное. Чувствовать себя пойманной, пригвожденной сумасшедшим желанием мужчины.

Адам хотел её.

Он провел руками по её обнаженным плечам.

— Дарина, если хочешь тормознуть — тормози сейчас.

Она мотнула головой.

Она не хотела.

Вместо слов протянула руки к нему, сграбастала мужской свитер, начала его задирать.

У неё не особо получалось.

— Помочь? — чуть сыронизировал Адам, за что получил тычок в плечо.

— Помочь, — передразнила она его.

Он скинул свитер. Обнажился… Дарина едва не облизнулась от вида его торса.

Черт. Черт…

Нет, это всё бесполезно… Пока Терлоев здесь, на горизонте, она не откажется от него. У них же будет просто секс.

Главное — не влюбляться…

И надо быть полной идиоткой, чтобы отказаться от такого экземпляра.

Адам был шикарен. Тогда на трассе, в поезде. Сейчас. Плечи, торс…

Дарина смотрела, как он раздевается дальше, штаны, грубо расстегнутая молния, глухой стук джинс о пол. Боксеры полетели следом.

Он разделся и снова к ней. Обрушился всей своей тяжестью. Голой кожей к её коже.

Завел руки за её голову, точно в люльку взял.

— Готовься, Дарина…Керцаева, — его надсадный голос бил по оголившимся нервам. — Сегодня я тебя буду трахать долго.

Дарина выдавила из себя смешок. Надо же как-то держаться!

— Тебе нравится моя фамилия? — фыркнула она.

— Нравится. Красивая.

Он тоже усмехнулся в ответ.

Они поняли друг друга.

На этот раз он целовал её более нежно, уже точно зная, что она от него никуда не денется. Она под ним. Почти голая.

Он избавил её от остатков одежды. Штаны, трусики поддались его настойчивым рукам, соскользнули, оставив её полностью обнаженной и беззащитной под его взглядом.

Адам медленно развел её бедра. И замер. Его ноздри раздулись, как у хищника.

Замерла и Дарина.

Она и не думала сводить бедра вместе. Пусть смотрит.

Его взгляд, тяжелый и сконцентрированный, устремился туда, в самую её сокровенную глубину. В тишине комнаты слышалось только его прерывистое дыхание и бешеный стук её сердца.

Он смотрел. И смотрел.

И ему, черт побери, нравилось! Дарина чуть слышно всхлипнула, не в силах терпеть рвущееся изнутри напряжение. Похоть била мелкими фантомными разрядами. Ещё и ещё. Снова и снова. Внутри всё сжималось в мучительном ожидании.

— Иди ко мне, — прошептала Дарина.