Книга «Никто» так не смотрит, страница 85 – Марина Кистяева

— Какого черта вы подрались с Ромой? - наконец, ей удалось вспомнить, зачем она тут.

А Потап, между тем, приближался.

— Мы поговорили.

— У него синяк! У тебя синяк! Вы...

Она не завершила предложение, потому что наткнулась на парту. Интуитивно оглянулась, не понимая, что произошло.

Предчувствие не обмануло Есению. Как и восприятие Потапа. Потому что не успела она понять, что происходит, как оказалась посаженной на парту. Потап среагировал мгновенно. Ему хватило её секундной заминки, чтобы выпустить хищные инстинкты.

Близость мужчины ударила по девичьи радарам. По коже рассыпались мелкие мурашки. Есения, сама того не замечая, хапнула мятно-тепловатый запах Потапа, который мгновенно осел на ней.

Он был близко!.. Боже, как же близко! Она видела его длинные ресницы. Видела ссадину на губе. Видела демонов в глазах, что без зазрения совести вышли на передний план. Сегодня они ликовали.

Есения успела выставить руки вперед, и они сразу же уперлись в литые мышцы Потапа. Он же уничтожил последнее расстояние между ними. Поймал её взгляд, загипнотизировал, и не разрывая их зрительный контакт, задрал подол её юбки, чтобы вклиниться, развести девичьи колени.

Есения ахнула. Но было поздно. Он оказался ещё ближе.

Жар и прохлада прошлись по её бедрам одновременно. Неудачную юбку она выбрала для похода в универ. Коротковатую, чуть ниже колен. Задрать такую - плевое дело.

У неё дыхание перехватило, сердце рухнуло вниз живота. Туда же устремился и весь жар. Трусики намокли. Она это прочувствовала! И ошарашенно продолжила смотреть в лицо Потапу.

— Роман ударил за тебя. Я ответил. Мы поговорили по-мужски. Всё, - отчеканил Мазуров, склоняясь к ней, преодолевая сопротивление её ладоней. - Познакомились и только.

Познакомились они. Ага, конечно.

Она сказала это вслух или ей почудилось? Есения не помнила, чтобы у неё когда-то так кружилась голова. И вроде разум цельный, реальность воспринимается адекватно, и всё же...

Виной всему Потап. Он прижался к ней ещё плотнее, а потом негромко сказал:

— Я должен тебе оргазм.

— Ты мне ничего не должен, - наконец, отозвалась Есения, стараясь угомонить нещадно шпарящее волнение. Она так не переживала в их единственный раз. В чем сейчас дело?

А в том. В той мужской энергетики, что беспощадно затягивала Есению в черный омут. В той тоске, что сжигала изнутри.

И в том, как смотрел на неё Потап. Проникновенно, чувственно. И в тоже время настолько жадно, яростно, что, казалось, его разорвет изнутри.

Его руки лежали на её ногах. Жгли. Клеймили. Грудь сдавило от нетерпения, от некого предчувствия.

Но нет...

Нет же...

Есения подалась вперед, желая соскользнуть с парты. Тщетно. Наоборот, она добилась ещё большего контакта их тел. Там, где соприкоснулась её кожа с ногами Потапа, зажгло.

А главное - остановиться бы... Но куда... Сердце теперь билось в горле, трепыхалась, как пойманная в силки птица. И рвалось, рвалось вперед.

Руки Потапа переместились выше, легли ей на бедра. Один раз обозначили круг. Второй. Дыхание Яси потяжелело. Как и грудь. Она набухла, соски заболели.

Да что с ней?!..

Последняя связная мысль потонула в потоке возбуждения, когда Потап начала приседать на корточки.

Опять же держа её взгляд.

— Потап, - неверяще выдохнула она, понимая, что он задумал.