Книга «Никто» так не смотрит, страница 2 – Марина Кистяева

Потап же присматривался, изучал народ, лично убеждался в способностях студентов.

И этот... цветок он точно не встречал.

Заметил бы.

По позвоночнику снова побежало предвкушение. А это хорошо. Чертовски.

— В чем причина конфликта? - строго спросил Потап, впиваясь взглядом в Малькова.

— В ней! - вспыхнула Белясова.

Ирину Потап знал. Она училась на химбио. А там он всех знал.

Ему не понравилось, как она вклинилась в разговор. И что в целом вклинилась.

Он послал девушке предупреждающий взгляд, но та не отреагировала. Эмоции продолжали хлестать, несмотря на прошедшее с драки время.

На лице Ирины красовались две полоски от ногтей. Кто-то себя в обиду не дал или первым инициировал конфликт?

— Ирина...

— Что «Ирина», Степан Макарович? Вы посмотрите на нее! Вырядилась в черт-те что! Приперлась в универ и красуется! Это нормально?

— А у нас есть дресс-код?

Тихий мелодичный голос заставил обратить внимание на ее обладательницу.

Хотя она и так была в центре.

На нее невозможно было не смотреть.

Вот и причина конфликта. Как говорится, налицо.

Слишком яркий цветок появился на потоке.

— Есть! В такой хери, как на тебе, здесь нечего делать!

Иринка впилась руками в кресло, на автомате начиная подниматься. Но, натолкнувшись все-таки на взгляд Потапа, рухнула назад.

— Степан Макарович, это правда? Мне нельзя приходить в платье в университет?

Девушка окончательно развернулась к декану.

А дальше Потап лицезрел довольно интересное зрелище. Мальков занимал должность декана последние десять лет. Кто к нему только не подкатывал, какие сюрпризы девки не устраивали. Да и не только девки. Мальков всегда держал лицо.

Тут же он прокашлялся, ослабил галстук, точно ему тяжело стало дышать.

— Можно, Есения, - сказал он, снова прочистив горло.

Есения, значит...

Прямо в кон.

— Она хиппи! - продолжала бесноваться Белясова.

Потап продолжил хранить молчание.

— Я верующая, христианка. - Все тем же негромким голосом, не меняя интонации Есения достала из-за выреза деревянный крестик и предъявила его собравшимся.

Мазуров приглушенно выругался. Девка совсем безбашенная. И с ней точно будут проблемы.

— Обе вышли, - жестко сказал он. - И стоите в коридоре тихо. Ни слова друг другу.

Белясова открыла рот, чтобы возразить. И сразу же закрыла его ладонью, сдерживая слезы. Она понимала, что без последствий ее выходка не останется.

Девочка-бохо вела себя сдержаннее. Не глядя ни на кого, накинув на плечо большую бордовую сумку с бахромой и вышивкой, вышла из кабинета.

Они остались с Мальковым вдвоем.

Декан покачал головой.

— Я не знаю, что делать, Потап Тимофеевич. Обоих будем исключать?

Потап воздержался от быстрых решений.

Тянул.

— Вы должны знать. Есения Дакова - протеже Харитона Валерьевича. Девушка вчера первый день занималась.

Мазур едва заметно вздернул бровь кверху.

Мальков понял его без лишних слов.

— Вот так, - развел он руками.

Интересный расклад выходит.

Значит, девчонку выдернули среди года из другого универа. По протекции самого Табасова-старшего. Очень интересно.

Харитона Валерьевича Потап знал. Он был одним из немногих, к кому Потап едва ли не с рождения обращался «дядя».

— Кто инициировал драку? - Разбираться он не будет. В подробности вдаваться тоже.

Мазур уже все для себя решил.