Книга Русалка, страница 25 – Марина Кистяева

— Зоя! Саша! Немедленно ко мне!

Девочки робко выглянули из соседней комнаты.

— Да, папенька?

Их невинные глазки смотрели на отца с обожанием.

— Вы на месяц лишаетесь сладкого! Никаких верховых прогулок! И… И с завтрашнего дня я лично буду контролировать ваши занятия с гувернантками! И только попробуйте мне не выучить хотя бы один предмет!

— Хорошо, батюшка….

Их смирению не было предела.

Ирина хохотала от души, наблюдая из своей комнаты за проделками младших сестриц. Ну, девочки, молодцы! Ах, жаль, что Ракотин оказался так внимателен и распознал затею! Поистине, жаль….

С этого дня Петр стал более внимательно приглядываться к двум маленьким чаровницам. Больше напроказничать было некому. Для серьезной Ирины подобные выходки были недопустимы. Он чувствовал, что за холодной маской равнодушия и презрения скрывается пылкая и прямолинейная личность.

Он сдержал слово и посещал дом Палагиных каждый день.

Он искренне пытался наладить отношения с Ириной Васильевной.

Он приглашал её на пикник, на прогулки, но каждый раз слышал в ответ, что она неважно себя чувствует, хотя и видел, как на её лице сияет здоровый румянец.

Он почти подружился с будущим тестем.

И он почти перестал себя чувствовать дураком, когда в очередной раз собирался к будущим родственникам.

Роман вольготно развалился в кресле и потягивал сливовую наливку.

— Снова в бой? — иронично заметил он, вытянув ноги перед собой.

— Не трави душу, не ёрничай, и без тебя тошно, — отмахнулся от друга Петр.

— Наша красавица не желает сдаваться?

— Проще взять бастион с вражеской армией, чем увидеть её улыбку! — хмуро бросил он, застегивая пуговицы на сюртуке.

— Чем сегодня планируете заняться?

Петр состроил гримасу.

— Мне нынче, брат, предстоит непростой разговор с будущим тестем, — из его груди вырвался шумный вздох. — Будем определять срок свадьбы. Молчи, не слова больше! А то я за себя не ручаюсь!

Роман, довольно рассмеявшись, поднял бокал.

На сей раз Петр ехал в Отраду с тяжелым сердцем. Прошло две недели с тех пор, как он начал ходить в женихах молодой графини, но за это время определенно ничего не произошло. Он приезжал к ним, приглашали Ирину Васильевну, та молча составляла им компанию, сдержанно отвечала на задаваемые вопросы, а по большому счету разговора не поддерживала. Она всеми правдами и неправдами избегала молодого человека, и им ни разу не представился случай поговорить наедине. Петр хотел ещё раз попытаться наладить дружеские отношения с девушкой, но, видит Бог, его терпению приходил конец. Более упрямой молодой женщины он на своем пути не встречал!

Петр потерял сон. Он не знал, что предпринять далее. Он понимал, что из подобной ситуации должен быть какой-то выход! Отчуждение Ирины Васильевны его настораживало. На скромницу и затворницу она походила меньше всего.

Но как прорваться сквозь стену недоверия, которой окружила себя девушка? Он терялся в догадках.

Встретил его Василий Дмитриевич и тотчас предложил пройти в кабинет. Петр отметил, что граф выглядел уставшим, под глазами образовались темные круги, на лбу морщины прорезались четче.

Отец Ирину во время завтрака предупредил, что сегодня он будет говорить с Петром Сергеевичем о дне венчания. Ирина ничего не ответила. Она оставила попытку переубедить отца и не ломать ей жизнь.