Книга Поиграем?, страница 20 – Марина Кистяева

Мужчина.

Он ждал меня.

Я послушно замерла, голова слегка закружилось, а в горле образовался ком. Волнение и осознание того, что «началось» — обрушились, точно цунами и полностью завладели организмом. Пришлось прикусить губу, чтобы не нарушить первый же приказ, и не удовлетворить любопытство не обернуться. Искушение хотя бы одним глазком посмотреть на человека, в чьей власти я оказалась на ближайшие несколько часов, было велико.

Мужчина изменил голос. Специально понизил его, воспроизвел более низкие нотки. Опасался, что я его узнаю? Неужели со мной будет проводить сеанс публичная личность?

— Снимай платье. Быстро. Без промедления.

Его слова резанули по нервам.

Я подчинилась.

Теперь его голос искажал динамик. Да здравствует современная технология. Я была не против. По большому счету мне было всё равно.

Я лишь слушала его голос и впитывала суть слов.

Мне приказала снять платье. Хорошо. Отлично. Сейчас сделаем.

Помимо воли, руки задрожали. Я уронила на пол сумочку приказа положить её куда-либо не было. Так, раздеваюсь. Действовать пришлось быстро. Велено раздеться, значит, буду исполнять. Черт! Я ожидала какой-то прелюдии. Хотя кого я обманываю? Какая на фиг прелюдия в клубе, где обнаженка и плеть привычная картина?!

Я стянула с себя платье, поерзав бедрами, чтобы шелкова ткань быстрее скользнула вниз. Она, зараза, назло мне и обстоятельствам не желала съезжать (вот кто дернул меня выбрать обтягивающее платье, а не свободного кроя??) Нервозности подбавлял тот факт, что я знала за мной наблюдают. Ловят каждое движение. И, возможно, мои действия кому-то не нравятся и меня могут наказать.

Сегодня я — саба.

Эта мысль билась в мозгу, не давая успокоиться и забыться ни на мгновенье.

И чего скрывать я распалялась. Возбуждение тихими, не торопливыми волнами начинало разливаться по телу, подбираясь к естеству. Дыхание сбилось, венка на виске запульсировала.

Чтобы, наконец, полностью избавиться от платья, я нагнулась и

— Стой, как стоишь.

Господи

Я застыла, уперевшись ладонями в теплый ковер. Моя попа, обтянутая черным кружевом (благо трусики были не стрингами!) призывно торчала, приоткрывая завесу к извечным тайнам женского естества. Я едва не физически чувствовала, как меня рассматривают. Рассматривают пристально, оценивающе.

Секунда. Ещё одна.

Время перестало существовать. Я стояла и ждала дальнейших указаний. Внутри живота завязывался знакомый узел предвкушения. Сдвинулись рамки бытия, исчезли условности. Была сиренево-черная комната и мужской голос, остальное всё исчезло.

— Хорошая попка, — когда мужчина заговорил, я невольно вздрогнула. Сколько я простояла попой к верху? Минуту или полчаса? Руки слегка затекли от неудобного положения, и насмешливый голос внутри меня ехидно заметил, что надо больше времени уделять физическим упражнениям. Теперь, продолжая демонстрировать мне свои дырочки, ты, не разгибаясь, так же быстро снимешь трусики. Я жду.

Мои брови изогнулись, губы сжались плотнее.

Но я сделала так, как он сказал.

Одной рукой, продолжая удерживать вес тела, другой нашла резинку трусиков и быстро рванула ткань вниз, скользя по бедрам кружевом. Вот и всё я обнажена. Раскрыта.

Трусики вместе с платьем сбились у лодыжек. Я прикрыла глаза. Влада, просто стой. Стой и ни о чем не думай. Представь, что ты в комнате одна и вот таким странным образом решила поупражняться. Ты же вспомнила про физподготовку! Вот и думай, что ты ей занимаешься!