Книга Поиграем?, страница 18 – Марина Кистяева

— Ты сошёл с ума?

— Нет.

Мне достаточно было заглянуть ему в глаза, чтобы осознать он не шутит. Он всё решил.

Олег относился к числу тех редких мужчин, которые сверхответственно подходили к своим обязанностям. Взялся управлять салоном сделал его лучшим. Женился обеспечил жену и окружил её заботой.

Понял, что не может справляться с взятыми на себя обязательствами порвал на корню. Предоставил шанс на лучшую жизнь. Так он думал.

Спорить и разубеждать было бесполезно.

Хотелось биться о стену и кричать. Орать. Требовать, чтобы услышал моё мнение. Потом захотелось забраться к нему на колени и тихо сказать: «Не надо со мной разводиться. Я буду тихо присутствовать в твоей жизни. Готовить. Стирать. Ты меня даже не заметишь».

Ничего не сказала.

Знала он так решил

Поэтому и молчала. Никому не рассказывала об истинных причинах развода. Потому что в нашем современном обществе нас бы сочли идиотами. Из-за желания писать не бросают высокооплачиваемую работу. Из-за невозможности уделять жене должного внимания не разводятся. Я знала минимум три семьи, где супруги сосуществовали в одном доме, как соседи. Они могли не разговаривать неделями. Завтракать и ужинать по раздельности кто в огромной холодной столовой, кто в дорогом ресторане. Спальни, соответственно, тоже были раздельными. Виделись мимоходом. И ничего, считали себя семьей. А мы Мы развелись. Я не плакала, не просила его одуматься. Сжимала руки в кулаки и тихо проклинала жизнь. Потом, немного одумавшись, ругала себя. Я была счастлива с Олегом? Была. Вот и радуйся! Многие не имели и этого.

Но всё равно в глубине души я его не простила, и прощать не собиралась. Я не сомневалась он напишет (если уже не написал) бестселлер. Каюсь, я несколько раз в поисковике вводила его имя, результат был отрицательным. Никакой книги с его именем ещё не вышло. Возможно, он взял псевдоним. Чтоб сохранить спокойную жизнь, предпочел инкогнито. Это было на него похоже.

И всё же Он меня бросил. Хотя бросил сильно сказано. Обеспечил жильем плюс назначил содержание. Наверное, от этого я бесилась ещё больше. Если б он повел себя, как негодяй выставил меня на улицу ни с чем, я бы смогла его возненавидеть. Смогла бы костерить на чем свет стоит. А так Н ет.

В груди по-прежнему пробуждалась щемящая тоска, стоило подумать о бывшем муже. Говорить про него с кем-либо было ещё тяжелее.

Я скучала по нему.

Очень.

В тот день я напилась. Матери так и не позвонила. Сходила в магазин, благо располагающийся рядом с домом, купила продуктов и, уже направляясь к кассе, свернула к винному отделу. Две бутылки мартини мне показались нужным дополнением к сегодняшнему набору продуктов.

Выпила я одну. Пила, чокаясь с собственным отражением в зеркале.

Было очень хреново. Даже паскудно. Хотелось выть и биться головой о стену. Членовредительством заниматься я не стала, а вот стриптиз с бокалом в руке устроила. Включила мелодичную музыку и танцевала, избавляясь от ненужной мне одежды. Я кружилась по комнате и убеждала себя, что всё у меня новая жизнь, новый виток. К прошлому дороги нет.

Когда я почувствовала, что пол уходит из-под ног, то кое-как добралась до дивана и рухнула на него. Последнее, что я помнила, проваливаясь в беспамятство — образ Доминанта, властно расхаживающего вокруг Александрийского столба.