Книга Нина, страница 86 – Марина Кистяева

— Иди ко мне.

Он уселся и притянул Нину к себе. Та не сопротивлялась, удобно устроившись на его груди.

Она в руках Кости.

— Ты в моих руках, - точно прочитав её мысли, сказал он, утыкаясь губами ей в шею.

— Это хорошо.

— Нин, я люблю тебя.

Он сказал… Хорошо стало. Легко. Очень-очень. Точно второе дыхание открылось. Или крылья за спиной прорезались, вырвались на свободу, и уже ничто не ограничивало движения Нины.

Её жизни…

— Правда? – ничего глупее в данный момент спросить она больше не могла. Она мечтала услышать признания от Кости, и не раз. Это логично. Она не просто мечтала о них, она грезила, раз за разом проигрывая в воображении разные сценарии. И каждый раз они были счастливыми. Потому что иначе быть не могло. Потому что иначе пропадал весь смысл.

— А ты сомневаешься, глупышка? – в мужском голосе не слышалось осуждения. Напротив, только теплота и мягкость, от которой защипало в глазах.

— Не знаю, - в собственной слабости признаваться было сложно, но она больше не желала таить ничего. В ней росла потребность не только говорить о том, что между ними сейчас, но и о том, что было в прошлом. Которое и породило это настоящее.

Родные и до боли желанные губы коснулись её плеча. Трепетно, осторожно. Они не несли похоти или страсти, хотя Нина и чувствовала, что Костя по-прежнему находится в возбужденном состоянии. Он отлично справлялся с ним, усмиряя плоть.

Пока так надо…

Хотя бы минут пять. Нет, лучше десять.

И не только для того, чтобы перевести дыхание.

А привыкнуть к тому, что крепкие мужские руки обнимают. Нежно-нежно. И ты таешь в них. И весь мир отходит на второй план. А сердце в груди бьется в ускоренном темпе, и это хорошо. Очень-очень хорошо.

— Мне хочется сказать, что плохо, раз сомневаешься, - раздалось позади и одновременно где-то рядом. Слова Кости, как и вода, окутывали Нину, погружая в сладкое марево. – Только я сам, черт побери, балансирую на грани. Анализирую то, что со мной произошло в последние месяцы и тихо охреневаю. Начиная от той авантюры с эскортом…

Захват рук усилился. Причем ощутимо. В этом жесте транслировалось то, что пока не выражалось словами. Костя развел пальцы одной руки, заскользил ими по животу Нины. Вниз, туда, где ещё сладко потягивало, но не спешил нырять, задержавшись у лобка.

— Эскорт да-а, - протянула Нина, окунаясь в недавнее прошлое. – Вышло…занимательно.

— Занимательно?!

Надо было подобрать какое-то другое слово, потому что гневное рычание в районе уха очень напомнило родительское, когда папа злился.

— Нин… Ты взрослая девочка, и, не сомневаюсь, просчитала все риски. Начиная от того, что твоя фамилия служит гарантом безопасности и ты отлично владеешь оружием, и так далее и тому подобное. Но! – его пальцы всё же нырнули вниз, дотронулись до набухших складок, которые прикрывала пена. – Всегда существует это долбаное «но». Особенно в мире мужчин и продажных женщин. Черт… Где ты и где…

Он запнулся. Нина же улыбнулась, закинула руки назад, запутавшись пальцами в коротких волосах Кости.

— Шлюхи?

— Продажные женщины, - упрямо повторил он. В его глазах появился опасный блеск, такой знакомый и зовущий.

— И, например, что со мной могло случиться?

— От наркоты никто не застрахован. И дело не в коктейлях. Вода, распыление в воздухе. Много чего.