Книга Его собственность, страница 34 – Алиса Браун

Кульминацией вечера стал первый танец. Свет приглушили. Зазвучала тягучая, чувственная мелодия. Дмитрий вывел меня в центр зала. Его ладонь легла мне на лопатки, прижимая так тесно, что между нами не прошел бы и вздох. Я чувствовала каждую мышцу его тела, жар его кожи прожигал ткань моего платья.

— Ты справляешься, — шепнул он мне на ухо, ведя в танце уверенно и властно. — Улыбайся, Алина. На нас смотрят нужные люди.

Его слова оборвали во мне последний нерв. Я поняла: выхода нет. Сегодня он не остановится на поцелуях для публики. Теперь я принадлежу ему не только по контракту, лежащему в сейфе. В моем паспорте стоит штамп, и сотни людей вокруг верят в истинность этого брака.

Никто здесь не догадывается, что я познакомилась с собственным мужем всего неделю назад.

Мы почти сбежали. Я успела только коротко обнять маму и Катю.

— Будь счастлива, доченька! — плакала мама, прижимая платок к глазам.

— Если что — пиши, — шепнула Катя, тревожно косясь на возвышающегося рядом Дмитрия.

Я кивнула, с трудом проглотив ком в горле. Мы направились к выходу, но Дмитрий вдруг резко остановился, и моя рука в его ладони дернулась. Рядом с нами, словно из ниоткуда, возник тот самый старик — Арамов. Пока я рассматривала его в зале, он казался безобидным, но вблизи его взгляд был цепким и колючим.

— Алиночка, — обратился он ко мне хриплым голосом. — Где же Дмитрий нашел такой алмаз? В наше время скромность — дефицитный товар.

Я опешила. Тяжелая ладонь Дмитрия на моей талии чуть сжалась — это был сигнал. Я не могла сказать правду или просить о помощи.

— Не поверите… в кофейне, — начала я, почувствовав, как голос предательски дрожит.

Я заставила себя улыбнуться.

— Это было давно. Я завтракала перед парами, читала конспекты. А Дмитрий зашел за кофе. Наши столики оказались рядом… и он просто подошел.

Воронов медленно, едва заметно кивнул. Одобрил. Я незаметно выдохнула, сжимая ледяные пальцы. Арамов хитро прищурился, переводя взгляд с меня на Дмитрия.

— Надо же. Не знал, Дима, что ты пьешь что-то слабее виски. Но вкус у тебя отменный.

Дмитрий коротко усмехнулся, но его глаза остались холодными.

— Лучшее достается сильнейшим, Борис Исаевич.

Я не слушала, что было дальше. В ушах шумело. Но я ясно поняла одно — тест пройден.

* * *

Наконец мы вышли из душного ресторана. Прохладный весенний воздух ударил в лицо, став моим спасением. В машине я откинулась на кожаное сиденье и закрыла глаза. Тишина салона показалась раем после шумного зала.

Дмитрий молчал. Он небрежно распустил узел бабочки, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, открыв шею, и налил себе виски из встроенного бара.

— Выпей, — он протянул мне бокал с водой. — Тебе нужно прийти в себя.

Я жадно, в несколько глотков осушила бокал.

— Куда мы едем? — спросила я, заметив, что машина свернула на загородное шоссе.

— В мой частный клуб. Дом в лесу. Там нас никто не потревожит. Ни прислуга, ни охрана.

Сердце пропустило удар и ухнуло куда-то в пятки. Никого. Только я и он. И ночь, которую я боялась и ждала с болезненным, постыдным трепетом. Ладони моментально вспотели. Тело стало ватным, чужим.

Дмитрий поставил свой стакан и склонился ко мне. Салон был просторным, но он, казалось, заполнил собой всё пространство. Его горячее дыхание обожгло моё ухо, посылая разряд тока по шее прямо к низу живота.