Книга Его воровка. Я украду твою любовь, страница 78 – Евсения Медведева

— Савин… А можно побыстрее? — я не могла усмирить сердце. Понимала, что сейчас узнаю все о своем прошлом, оттого задыхалась, будто пробежала сто километров без отдыха.

— Киса, потерпи, иначе потом ты завалишь меня вопросами. Катя Роднина влюбилась в своего одноклассника Андрея. Но сразу после школы его забрали в армию, а Катя поступила в местный педагогический. Андрей оказался крепким юношей, умным, поэтому его распределили на флот, где в то время служили три года. Так они и жили… В каникулы Катя с позволения дедушки каталась к любимому аж в сам Мурманск. У Андрея был сослуживец, хороший парень из крошечного северного городка. Добрый, весёлый, надёжный товарищ, Эдуард Петухов. Так Эдик узнал, что невеста у Андрея — дочь богатого банкира, и что у неё есть младшая сестра.

— Чёрт… — зашипела я, интуитивно понимая, куда клонит Савин. — Я читала, что Петухов спас девчонку от хулигана, а та влюбилась и начала ему писать письма.

— Да, именно так и было. Мне не удалось найти свидетелей, поэтому могу предположить, что их встреча не была случайной. Петухов знал, что обратно в рыбацкий городок возвращаться не собирается, а тут идеальная кандидатура. Младшей сестре было всего девятнадцать. Глупая, наивная — дар для прожжённого прощелыги. Так он и охмурил девчонку… К тому времени Роднин уже похоронил сына, на которого возлагал все надежды, но парень оказался слабым, безвольным и не тяготел к бизнесу.

— И тут появляется Петухов… — закончила я мысль. — Но кто такой Андрей? И почему Роднин не взял под опеку жениха старшей дочери?

— А как думаешь, Петухов хотел быть второй скрипкой в этом оркестре? Он понимал, что Роднин уже стар, что ему осталось от силы лет пять-десять. Но делиться с Андреем он не собирался… И окончательно убедился в своих намереньях, когда узнал, что Катя беременна, а Андрею осталось служить всего год. Банкир Роднин был слишком убит горем после гибели сына, чтобы интересоваться жизнью дочек. И те отплатили ему той же монетой… Катерина родила прелестную девчушку, назвали её Кристиной…

Я перестала дышать… Все нутро затянулось толщей хрустящего льда. Казалось, если сейчас шелохнусь, то рассыплюсь миллионом ледышек. Боль расползалась по телу пекучим огоньком костра. Больно было думать, смотреть, слушать, выносить сочувствующий взгляд Савина.

— Не нужны были Петухову конкуренты в битве за наследство банкира. Андрея он убрать мог лишь одним образом… Он поджег дом родителей Роднина, надеясь, что в том пламени погибнут и старики, и старшая дочь с прелестной девчушкой Кристиной.

— Савин, это я? Это моя история? — я в один прыжок оказалась на Жене, обвила его ногами, опутала руками, вонзилась ногтями, только бы он уже закончил этот рассказ!

— Это твоя история, Кристина Андреевна… Твои мама, дедушка и бабушка сгорели в том пожаре, — он перешел на шепот, ласково скользил губами по лицу, смывая бесконечный поток слёз. — Он сделал свою будущую жену единственной наследницей, а сам принялся служить Роднину, доказывая преданность. Пёс дворовый обрел хозяина. Выполнял команды, любил ставшую единственной дочь, был идеальным зятем, готовым делать все, что ему прикажут.

— Но я жива!

— А вот тут Петухов явно просчитался. Ты каким-то образом оказалась у родителей Андрея, — Савин вдруг достал из внутреннего кармана старое, чуть обгоревшее свидетельство о рождении в зеленой обложке.