Книга Предатель. Потерянная жена, страница 83 – Анна Риман

Я смотрела на нее и не понимала, что могло случиться с этой милой молодой женщиной, что она говорит о себе такое.

— Когда убегала из дома, думала, отец свободы меня лишает. Самодурством занимается. С парнем одним договорилась на юга махнуть. Ну и поехали, а потом поняла, что беременна, а от кого и сама толком не знала. И куда мне без образования и с ребенком деться было? Где попало жила, случайными заработками перебивалась.

— Так а почему домой не вернулись? — удивилась я.

— Чтобы отец меня всю жизнь упрекал?! Не могла я. Слишком гордая.

В этом они с Михаилом Семеновичем были похожи. Оба упрямые.

— Ну а потом?

— С Никитой познакомилась. Поженились мы недавно. Он нас с Викой к себе взял. Хотела к отцу поехать, но решиться никак не могла. Мне же ему правду рассказать о себе придется. Простит ли? У него характер не сахар.

Мы еще поговорили с девушкой с полчаса. Я пообещала прощупать почву для примирения.

— Передайте ему вот это, — сбегав домой, вложила она мне в руку странный сверток.

— Что здесь? — с сомнением поглядывала я на обветшавшую тряпочку.

— Это мамино кольцо, — призналась девушка. — Когда убегала, украла. Отец его хранил как память. Несколько раз закладывала, но всегда выкупала. Берегла.

— Вернете сами, — с улыбкой заверила я ее.

Время близилось к обеду, и я решила не откладывать разговор с Михаилом Семеновичем в долгий ящик. Села в машину и направилась в Лосево.

Дом мужчины встретил меня подозрительной тишиной. Хозяина явно не было, хоть я и предупредила по телефону, что подъеду.

Старенькая машина ютилась на свеже подстриженном газоне, и я решила пройтись по деревне, уверенная, что далеко Михаил Семенович уйти не мог.

Дошла до дома Зинаиды и удивленно замерла. Аккуратно припаркованный, во дворе стоял внедорожник Виктора.

За несколько месяцев скромный домик Селивановых превратился в просторный, современный коттедж. Во дворе еще были заметны последствия глобальной перестройки, но заботливые руки Зинаиды уже навели уют, восстановив цветистые клумбы и грядки.

Я нажала на звонок, не рискнув стучаться в железную дверь. Прошло несколько томительных минут, прежде чем на пороге появилась взволнованная женщина.

— Это Настя, — прокричала она кому-то внутри, словно предупреждая о моем внезапном появлении, но не спешила пригласить внутрь.

В груди шевельнулось нехорошее предчувствие.

— Можно мне войти? — довольно резко поинтересовалась я, с трудом сдерживая непонятно откуда взявшееся волнение.

— Конечно, Настенька — спохватилась женщина, пропуская меня в коридор.

После ремонта я не была здесь еще ни разу, и теперь с интересом рассматривала современный дизайн, странно дисгармонирующий с тем, к чему я успела привыкнуть.

Не успела составить какого-то законченного мнения, как мое внимание полностью поглотило происходящее в гостиной.

Уткнувшись лицом в сложенные руки, за столом рыдала Катя. Над ней, недовольно поджав губы, высился Виктор. Чуть поодаль, склонившись над чашкой остывшего чая, задумчиво теребил скатерть Михаил Семенович.

В воздухе плотным облаком висело напряжение, мгновенно передавшееся и мне.

— Что случилось? — окидывая быстрым взглядом молчаливую троицу, поинтересовалась я.

Последовала пауза, и Виктор ответил голосом, не терпящим возражений: