Книга Предатель. Потерянная жена, страница 80 – Анна Риман

Остаток дороги мы проделали в тишине. Я с тоской поглядывала на ночное небо, с трудом переваривая события последних дней.

В больницу я приехала с первыми лучами солнца, опередив даже маму, которая буквально жила рядом с мужем все эти дни.

Отчим дремал среди аппаратуры и капельниц. На бледном осунувшемся лице заострились морщины. Стараясь не шуметь, я тихонько присела рядом. Но мужчина мгновенно открыл глаза и вперил в меня тяжелый пронизывающий взгляд.

— Настя, как мои внуки? — спросил он сиплым голосом. — Хорошо долетели? Не забывай, все получит Вадим, если я не изменю завещание. Заботься о нем.

Я с трудом сдержала ухмылку. Отчим в любой ситуации оставался собой. Его так легко не сломить. Даже на больничных простынях он не выглядел слабым и беззащитным.

— Еще отдыхают с дороги, — проигнорировав его заявление о наследстве, заверила я.

— Где Виктор? Я хочу с ним поговорить.

— Задержался у врача. Сейчас подойдет.

И словно услышав мои слова, в палату вошел муж. Глаза мужчин встретились, и в комнате повисло физически ощутимое напряжение. Они смотрели друг на друга не отрываясь, словно меряясь силой. Отчим не выдержал первым.

— Ты выполнил мою просьбу? — спросил он тихо.

К моему удивлению, Виктор не подошел к отцу. Он остановился у окна, уставившись в скучный бетонный пейзаж.

— Я делаю все возможное, — раздраженно процедил он.

— Мне нужны подтверждения, — проговорил отчим, и я впервые услышала в его голосе просящие нотки.

— Обещал, значит, сделаю. Ты столько времени ждал, несколько дней ничего не изменят, — ответил муж резко и стремительно покинул палату.

Я изумленно уставилась Виктору в спину. Что между ними произошло?

Вопросительно посмотрела на отчима, но мужчина отвел глаза.

— Поддержи маму, Настя. Ей сейчас как никогда нужна твоя помощь, — проговорил он, касаясь моей руки.

Маму я нашла в коридоре. Она заметно постарела и даже немного растеряла свою идеальность. Крепко прижала меня к груди.

— Врачи говорят, Егор поправится, и все вернется на свои места, — прошептала, вытирая набежавшие слезы.

Я с удивлением посмотрела ей в глаза. За все эти годы я так и не смогла понять, она действительно любит мужа или сильно боится.

— Марат погиб. Тебе больше ничего не угрожает, доченька. Но нас ждут тяжелые времена. Возбуждено уголовное дело. Егора обвиняют в непредумышленном убийстве.

Следующие несколько недель мы с Виктором практически не видели друг друга. Я контролировала строительство нашего объекта, целыми днями пропадая в Лосево, а Виктор старательно заминал открытое против отчима дело.

— Твой отец не виноват. Это была самооборона, — снова завела я опостылевший разговор. — Зачем все эти махинации?

Следователь несколько раз вызывал меня на допрос, где я подробно изложила историю моего неудачного брака. В телефоне остались сообщения от Марата. Все улики были против него.

— Вы мне не верите? — стараясь понять, что происходит, настаивала я. — Тогда поговорите с Надеждой Лапухиной. Марат и ей угрожал.

— Не волнуйтесь, Анастасия Дмитриевна. Мы уже это сделали. Из-за взрыва девушка потеряла ребенка, а вместе с ним и жениха. На ее телефоне обнаружены сообщения от Авромышина и большая часть с угрозами.

И все же я волновалась. С непонятным упорством Виктор тратил силы и деньги, чтобы полностью вычеркнуть упоминания о нашей семьи со страниц уголовного дела. Чем сильнее он приближался к успеху, тем плотнее сжимались его челюсти и холоднее становился взгляд. На все мои расспросы он отвечал односложно, все больше замыкаясь в себе.