Книга Босс не по плану, страница 91 – Майя Нур

Это, думаю я — без слов, просто чувствую — это очень много.

— Максим.

— Да?

— Это не то что ты хотел показать.

Он смотрит на меня.

— Нет, — говорит он.

— Что тогда?

Он идёт к полкам. Справа — пустое место. И рядом с пустым местом — я только сейчас замечаю — стоит что-то маленькое. Не книга.

Коробочка.

Небольшая, деревянная. Он сделал сам — я вижу по текстуре, по тому как сделана. Из того же дерева что полки.

— Что это? — говорю я тихо.

— Открой, — говорит он.

Я беру коробочку. Она лёгкая. Крышка — просто снимается, без замка.

Открываю.

Внутри — кольцо.

Простое. Тонкое. Из светлого металла, без камня, без лишнего.

Я стою с коробочкой в руках.

Молчу.

— Максим, — говорю я наконец.

— Да?

— Ты сделал коробочку сам.

— Да.

— Из дерева от полок.

— Осталось немного.

— Ты сделал коробочку для кольца из дерева от полок.

— Да.

Я смотрю на кольцо. Потом на него. Потом снова на кольцо.

— Максим.

— Да?

— Это...

— Вера, — говорит он. И голос у него — ровный, как всегда, но под ровным что-то есть. То что бывает когда говоришь что-то очень важное и держишь себя в руках. — Я не умею делать это красиво. Я не буду на колено. Я просто скажу.

— Говори.

— Я хочу, — говорит он, — чтобы ты была рядом. Не через восемнадцать этажей. Не через весь город. Просто — рядом. Постоянно. — Пауза. — Это предложение. С подписью.

Тишина.

Декабрь за окном. Снег.

Я стою с деревянной коробочкой в руках, с кольцом внутри которое он выбрал или заказал или нашёл — я не знаю когда, не знаю как, но он думал об этом. Думал и не говорил.

Письмо без подписи.

Пока не пришло время.

— Максим, — говорю я.

— Да?

— Ты говорил «не предложение. Пока». В Петербурге.

— Говорил.

— «Пока» закончилось?

— Да, — говорит он. — Давно.

— Давно — это когда?

Он думает.

— Когда ты привезла борщ, — говорит он. — Наверное тогда.

Я стою.

Борщ в контейнере со стикером. Тот воскресный день когда он закрылся и она пришла с едой и стикером про тётю Люду.

Тогда.

— Максим.

— Да?

— Ты не торопишься с ответом, — говорит он. Тихо. — Можешь думать.

— Я не думаю, — говорю я.

— Нет?

— Нет. Я просто... — Я смотрю на кольцо. — Я хочу запомнить. Этот момент. Полки и лисёнок и коробочка из дерева.

Он смотрит на меня.

— Запомнила?

— Запоминаю.

Пауза.

— Вера.

— Да?

— Ответ?

Я смотрю на него.

На его спокойное лицо за которым — я давно умею видеть — не спокойствие. Ожидание. Тихое, напряжённое, его.

— Да, — говорю я.

Просто.

Без объяснений.

Его любимое моё слово.

Он смотрит на меня секунду.

Потом берёт кольцо из коробочки. Берёт мою руку. Надевает.

Аккуратно. Тихо. По его.

Мы стоим у полок в декабрьский вечер.

— Хорошо, — говорит он.

— Хорошо, — говорю я.

Потом мы сидим на полу — диван снова отодвинут, он двигал что-то когда вешал последние полки — и едим что-то. Я не помню что именно. Что-то тёплое.

— Максим.

— Да?

— Ты думал об этом с борща?

— Думал, — говорит он. — Не про кольцо сразу. Просто — понял тогда.

— Что понял?

— Что правильно, — говорит он. — Ты и я. Что это — правильно.

— Потому что борщ?

— Потому что ты пришла, — говорит он. — Я закрылся, ты пришла. Не требовала объяснений, не обижалась. Просто — пришла. С едой. Со стикером про тётю Люду.

Я смотрю на кольцо на руке.

— Тётя Люда будет рада.

— Да, — говорит он. — Скажем ей.