Книга Стань моей стеной, страница 53 – Ксюша Иванова

— Они в безопасном месте. Далеко отсюда. Слушай, Руслан, давай поговорим спокойно, без вот этого вот всего, — делаю небольшой шажок в его сторону, дуло пистолета испуганно дёргается, целясь теперь мне в лицо! Боится. Либо трус, что объяснимо, не зря ведь женщину бьет, либо просто никогда не убивал... — Э-э, спокойно! Зачем тебе труп в виде мента? Это, знаешь ли, на пожизненное тянет! Нас же обоих не станешь валить? Смотри — вторжение в частную собственность — раз, покушение на убийство — два, угроза жизни и здоровью... Много, короче, насчитать могу!

— Я выслушал тебя, — успокаивается он. — Теперь ты, мудила, слушай! Я на тебя заяву накатал по полной — киднеппинг с целью получения выкупа — раз, запугивание и подозрение на изнасилование моей жены — два, ну, и так еще по мелочи... Как думаешь, на много потянет?

— Не доказуемо, — осторожно опускаю руки, видя, что он почти за ними не следит.

— Мой адвокат докажет даже, что ты сын Индиры Ганди, если я захочу! Где они? Я забираю, и мы расходимся.

— Нет. Они останутся со мной.

— С чего бы это моя жена с тобой оставалась? — ревет "оскорблённый" муж.

— Может потому, что ты бил ее и ребенка запугал? — делаю один малюсенький шажок в его сторону...

— Это — наше семейное дело!

— Саша и Рома хотят остаться со мной.

— Что они могут хотеть? Одна — психически больная, второй — несовершеннолетний? Последний раз повторяю...

Но дослушать, что он там собрался повторять, я не успеваю — затылок пронзает резкой, ослепляющей болью, в глазах темнеет...

Мне снится, что я опаздываю на экзамен по математике. Мне снится, что я еще и не готова к нему, что ничего не знаю и совершенно не помню ни единой формулы! Мучает странная мысль, что я, вроде бы, уже старая для приготовленной мамой школьной формы с белыми манжетами и таким же фартучком. Но натягиваю ее, пытаясь вспомнить, куда положила непременно нужный сегодня белый бант. И будто бы мне звонит кто-то из одноклассников и говорит, что моя очередь заходить в класс и вытаскивать билет... И я еще помню, что вообще-то экзамен должен быть в виде теста! Причем здесь билеты? И волнуюсь, волнуюсь, даже плачу от своих переживаний... И просыпаюсь.

Глаза режет от яркого света! В комнате, где я лежу, все белое — стены, потолок, дверь и... одеяло, которым я укрыта! Где я? Ответ приходит почти мгновенно. В больнице?

В памяти сразу же всплывают все подробности того, что происходило с нами до потери мною сознания.

И я еще не понимаю до конца, что именно меня тревожит больше всего, а где-то внутри, в самой глубине души уже зудит, уже тревожит ощущением чего-то непоправимого, чего-то страшного, о чем я еще не знаю, но что обязательно должно случиться!

И первое, что приходит на ум... Что с Вадимом? Мне в ту же секунду становится немного стыдно именно за то, что я о нем подумала! Не о сыне! Но ведь выстрел был! Но ведь Ромке ничего не угрожало в тот момент! А вот Вадиму... Какая же я слабая, какая размазня! Чужой мужчина для меня уже значит не меньше, чем сын! Нет, меньше, конечно, но много, уже очень много!

Глупые, сумбурные мысли мешают вспомнить о чём-то по-настоящему важном, о чём-то, что обязательно нужно сейчас...

— О, Санька, ты проснулась! — в открывшуюся дверь заглядывает... Настя! Все события окончательно выстраиваются в моей голове в нужном порядке.