Книга Бархатная ловушка, страница 38 – Лара Читай

— Ты один против нескольких? — я схватила его за руку. — Нет. Мы все идём.

— Алина...

— Я сказала — все. Или мы прячемся вместе, или встречаем их вместе.

Он хотел возразить, но передумал. Мы спустились в подвал — тесное, сырое помещение с запахом плесени и старых вещей. Ксения заперла дверь изнутри. Елена сидела на полу, обхватив колени руками, и раскачивалась вперёд-назад.

— Они войдут, — бормотала она. — Они найдут нас.

— Не найдут, — сказала я, хотя уверенности не было.

Сверху послышались голоса. Грубые, мужские. Шаги. Грохот — они выбили входную дверь.

— Обыщите всё, — приказал кто-то. — Каждую комнату. Каждый шкаф. Они здесь.

Моё сердце колотилось так сильно, что, казалось, его слышно во всём доме. Я зажала рот рукой, чтобы не закричать.

Шаги приближались. Кто-то спустился в коридор, прошёл мимо двери в подвал.

— Чисто, — сказал он.

— Проверь подвал, — ответил голос сверху.

— Там замок. Закрыто.

— Сбей.

Мужчина ударил ногой в дверь. Раз. Два. Дерево треснуло, но не поддалось.

— Уходим, — сказал кто-то. — Здесь никого нет.

— А машины? Во дворе две машины.

— Может, ушли пешком. В лесу легко спрятаться.

— Шеф будет недоволен.

— Шеф в тюрьме. Ему сейчас не до нас.

Голоса удалились. Хлопнула входная дверь. Заурчали моторы.

Мы ждали ещё десять минут, не двигаясь, не дыша. Потом Марк осторожно открыл дверь и выглянул.

— Уехали, — сказал он. — Но могли оставить засаду.

— Что нам делать? — спросила Ксения.

— Уходить. Ночью. Пешком. Андрей пришлёт машину на другой конец леса.

— А Елена?

— Елена идёт с нами. Она теперь свидетель, и она в опасности.

Елена подняла глаза. В них была благодарность и страх.

— Спасибо, — прошептала она.

— Не благодарите, — ответил Марк. — Мы делаем это не ради вас.

Мы сидели в подвале до вечера. Не зажигали свет, не разговаривали. Только слушали тишину. Иногда мне казалось, что я слышу шаги — но это был просто ветер. Или нервы.

В восемь вечера Марк выглянул на улицу. Никого. Он подал знак, и мы вышли.

Лес был чёрным, как смоль. Снег скрипел под ногами, но мы шли быстро, не оглядываясь. Елена спотыкалась, падала, но я помогала ей подняться. Ксения шла впереди, освещая путь фонариком на телефоне. Марк замыкал, оглядываясь каждые несколько секунд.

Утро началось с того, что дядя Витя разбудил нас стуком в дверь. Я открыла глаза и увидела его суровое, обветренное лицо, которое в сером свете рассвета казалось высеченным из гранита.

— Вставайте, — сказал он без приветствия. — Андрей звонил. Через час приедет. Сказал, что дело сдвинулось.

Я села на раскладушке, чувствуя, как затекли все мышцы. Спать на чужом полу в доме, где пахнет дровами и старыми коврами, — это не то же самое, что на перине в элитной квартире. Но я не жаловалась. Лучше так, чем в золотой клетке.

Марк уже был на ногах. Он стоял у окна, заложив руки за спину, и смотрел на заснеженный двор. Ксения и Елена ещё спали в соседней комнате — тихо, почти беззвучно, как будто боялись, что их услышат.

Я вышла на кухню, налила себе кружку кипятка — кофе кончился ещё вчера. Дядя Витя сидел за столом, чистил ружьё. Я старалась не смотреть на него. Что-то в этом занятии внушало спокойствие, но и тревожило одновременно.

— Не бойся, девонька, — сказал он, заметив мой взгляд. — Это для защиты. Вас вчера могли и не найти, но кто знает, что будет сегодня.