Книга Вижу тебя, Лили, страница 35 – Анна Флин

— Лили? – голос более низкий, чем обычно. Без насмешки. – Что они сказали?

Пытаюсь сфокусировать взгляд, но всё расплывается.

— Бабушка… остановка дыхания… реанимация… ИВЛ… – Слова выдыхаются рваными обрывками. Грудь сжимает так, будто это моё дыхание остановилось.

Телефон уже в руке Ника. Он коротко, холодно говорит в трубку:

— Да. Да, она рядом. Да, мы скоро будем. – Он сбрасывает вызов, даже не подняв на меня глаз. – Одевайся.

— Мне… нужно… – Пальцы ищут опору на краю стойки. – Магазин… я не могу просто закрыть.

Голос звучит чужим. Тонущим.

Его взгляд вспыхивает. Светлые глаза темнеют, зрачки расширяются.

— С ума сошла? – спрашивает он тихо. Опасно тихо. – Ты сейчас серьёзно?

— Магазин – её жизнь, – выдыхаю в ответ. – Она всегда говорила… нельзя просто закрыть двери…

Слова путаются. Может, это от страха, а может, от привычки держаться за полки, как за спасательный круг.

Ник делает шаг ближе. Очень близко. Так, что его тень падает на меня.

— Ты и есть её жизнь, – произносит он медленно, отчётливо, будто проталкивая каждое слово мне под кожу. – Не касса, не полки и не распродажа старых романов. Ты.

Ладонь сжимает моё плечо – сильно, но не больно.

— Либо сейчас выходишь отсюда, либо я выключаю свет, запираю магазин и выношу тебя, ясно?

За его спокойствием есть что-то такое, что не позволяет спорить. Но страх всё равно рвётся наружу.

— Ник, останься здесь, – шепчу я, хватаясь за прилавок, словно за якорь. – Я доеду на автобусе. Магазин не может быть пустым…

— Лилиан, – впервые за день он произносит моё имя так, будто это последнее предупреждение. – Магазин может. Ты – нет.

Пауза.

— Выйди из-за стойки. Сейчас же.

Стою, вцепившись в край прилавка. Ноги не слушаются.

Ник резко щёлкает выключателем – один, второй. Магазин тонет в полумраке. Только полосы света из окна ложатся на стеллажи.

— Всё. Официально закрыто, – бросает парень. Подходит к двери, переворачивает табличку на CLOSED, поворачивает ключ, проверяет замок. Всё это делает быстрыми, отточенными движениями, словно закрывает не книжный, а оружейный шкаф. Возвращается ко мне.

— Идём, – говорит он и даже не ждёт согласия – берёт за запястье и тянет к боковой двери.

Холодный воздух с параллельной улицы обрушивается на кожу ушатом ледяной воды.

На мгновение застываю на пороге. Из полумрака магазина – вдруг в яркий дневной свет. Трещины на асфальте, дрожащий от жары воздух. И – мотоцикл.

Чёрный, матовый, будто проглатывающий свет. На баке – узор, похожий на змеиные чешуйки. Глухо поблёскивает металл, пока Ник выуживает из кофра второй шлем.

— Нет, – вырывается у меня раньше любых разумных аргументов. – Я… я не сяду на это.

— У тебя есть лучше идея? – он смотрит прямо. – Автобус через двадцать минут. На перекладных будешь ехать минут сорок. У тебя есть столько времени?

Лёгкие сжимаются. Не знаю, сколько у меня есть времени. Не знаю, сколько есть у бабушки.

Голос едва слышен:

— Я боюсь.

Он пару секунд просто смотрит. Внимательно. Будто решает, что с этим делать.

— Боишься меня или дороги? – спрашивает Ник спокойно.

Ответ застревает в горле. Потому что я боюсь и того и другого.

— Слушай. – Он опускает шлем чуть ниже. – Я не собираюсь разбивать байк вместе с тобой. Он мне дороже, чем твои панические атаки. Так что постараюсь не убить нас по дороге.